Синология.Ру

Синология.Ру

Тематический раздел


И цзин и календарь

в творчестве ханьских ученых
 
Среди современных исследований традиционного китайского календаря, подавляющее их большинство неизбежно затрагивает И цзин. Принято считать, что именно ханьскими учеными было положено начало календарным приложениям И цзина, как части «концептуальной теоретической системы», в отечественной синологии именуемой «учением о символах и числах» или «нумерологией» (сян шу чжи сюэ) (см. [9, с. 308–309]).
 
Говоря о ханьских ученых, мы имеем в виду прежде всего Мэн Си и Цзин Фана. Некоторые из основных теорий этих ученых, связанные с календарем, мы уже рассматривали в своих исследованиях (см. [1–6]), и настоящей статьей продолжаем рассмотрение этой темы. Говоря о календаре, мы имеем в виду применение Мэн Си и Цзин Фаном некоторых идей и конструкций И цзина для теоретического осмысления различных аспектов исчисления времени и важнейших природных ритмов. Как известно, их календарные построения, восходящие к И цзину, оказали огромное воздействие на последующую историю традиционного китайского календаря.
 
Таким образом, можно утверждать, что именно усилиями этих двух ученых были заложены теоретические основы традиционного китайского календаря. Речь идет, во-первых, о теории Мэн Си «Учение о ци гексаграмм или триграмм» (Гуа ци шо; здесь ци  – энергия, пневма, эфир, жизненная сила и т.д.) и о теории Цзин Фана «Учение о восьми дворцах» (Ба гун шо) и ее непосредственном следствии «Учение о восприятии первого» или «Распределение десяти небесных стволов по восьми триграммам» (На цзя шо). Кроме того, конечно же нельзя не упомянуть имя такого ученого-ицзиниста эпохи Хань, как Цзяо Яньшоу (焦延寿, годы жизни точно не определены, но приходятся на I в. до н.э.), который в исследованиях И цзина, как считается (согласно Хань шу), был  учеником Мэн Си. Более того, он к тому же являлся одним из учителей Цзин Фана. Его главным вкладом в ицзинистику явился труд И линь («Лес перемен» или «Многочисленные перемены»), используемый в гаданиях. Что касается календарных конструкций, то Цзяо Яньшоу лишь использовал некоторые из них (например, На цзя шо или Сяо си гуа шо) в созданных им в И лине текстах.
 
В связи с календарными конструкциями И цзина также стоит упомянуть Чжэн Сюаня (郑玄, 127–200) и Сюнь Шуана (荀爽, 128–190). Они оба творчески, каждый по-своему, дополнили уже имевшиеся в то время теории Мэн Си и Цзин Фана. И замыкает этот ряд ханьских ученых-ицзинистов Юй Фань (虞翻, 164–233), изыскания которого в области календарно-астрономических аспектов И цзина являются наиболее объемными и, можно сказать, новаторскими. Конечно же, труды всех этих вышеперечисленных ученых требуют своего исследования. Однако, пока вернемся к теориям Мэн Си и Цзин Фана.
 
1. Календарные теории Мэн Си
 
Календарные построения, обычно связываемые с именем Мэн Си (90–40 гг. до н.э.), включают в себя: «учение о четырех правильных гексаграммах» (сы чжэнгуа шо), «учение о 12 гексаграммах убывания и роста» (сяо си гуа шо), «метод 6 дней и 7 частей» (лю жи ци фэнь) и «72 пятидневки (хоу)» и др. Все эти учения объединяются термином гуа ци шо 卦气说 «Учение о ци гексаграмм или триграмм» (см. [1, 2]). Иероглиф 卦 (гуа) здесь указывает на 64 гексаграммы, а знак 气 (ци) – на такие циклические естественно-природные изменения, как смена времен года, периодичность лунных месяцев, последовательность 24 сезонов традиционного китайского календаря и т.п. Иначе говоря, речь идет о динамике изменения ци (ее росте, убывании и т.д.). Таким образом, в учении о ци гексаграмм осуществляется увязывание ицзиновской символики с календарем, т.е. имеет место своеобразное моделирование важнейших циклических природных процессов с помощью символов «Книги перемен» (переходов от одной гексаграммы к другой, последовательности черт в пределах одной гексаграммы и т.п.).
 
Что имеется в виду под моделированием? Начнем с простейшего природного цикла – 4 времени года. Они изображаются с помощью четырех правильных гексаграмм (сы чжэнгуа), т.е. Кань, Ли, Чжэнь, Дуй. Или, например, другой важный природный цикл – 12 месяцев. Ему ставятся в соответствие двенадцать гексаграмм убывания и роста,так называемые 12 сяо си гуа (подробнее см. [1; 2]).
 
До сих пор речь шла о том, что можно назвать общечеловеческими календарными единицами (т.е. теми, которые присутствуют почти во всех календарях мира). Теперь же обратимся к специфически китайскому календарному понятию – 24 сезонам (эршисы ци). Эта структура, насколько нам известно, не имеет аналогов в устройстве календарей других народов мира. Ввиду уникальности этих календарных единиц, позволим себе напомнить некоторые из поэтичных названий, которые они носят. Помимо обычных прозаичных названий, вроде Зимнего и Летнего солнцестояний, Весеннего и Осеннего равноденствий, здесь имеются такие образные имена, как Малые и Большие холода, Дождевая вода, Пробуждение насекомых, Белые росы, Холодные росы и др.
 
Чтобы вскрыть истоки происхождения столь оригинального понятия о 24 сезонах-ци, надо прежде всего осознать его очевидную теоретичность – его производность от ицзиновского символизма, точнее, от шестеричности ицзиновских гексаграмм. Дело в том, что число 24 – это просто общее число черт в тех четырех гексаграммах, с помощью которых моделируются 4 времени года. При этом каждая начальная черта правильных гексаграмм соответствует либо одному из равноденствий, либо одному из солнцестояний (начальная черта гексаграммы Кань соответствует Зимнему солнцестоянию; начальная черта гексаграммы Чжэнь– Весеннему равноденствию; начальная черта гексаграммы Ли – Летнему солнцестоянию; начальная черта гексаграммы Дуй – Осеннему равноденствию).
 
То, к каким именно сезонам приурочены остальные черты «правильных» гексаграмм, Мэн Си не уточняет. Много позднее (в эпоху Тан, 618–907 гг.) буддийский монах И Син[1] в Синь Тан шу («Новая история [династии] Тан»), комментируя учение Мэн Си, поясняет в деталях порядок соотнесения черт четырех «правильных» гексаграмм с 24 сезонами года. Предложенное им соотнесение визуализируется следующей схемой:Схема 1Схема 1Схема 2Схема 2
 
Теперь от 24 сезонов перейдем к самому мелкому делению китайского календаря – пятидневкам-хоу, составляющим в совокупности 72. Многие из них имеют такие экзотические названия, как, например, «дождевые черви сворачиваются» (начальная хоу Зимнего Солнцестояния), или «звери в зимней спячке начинают шевелиться» (срединная хоу Становления Весны) и т.д.; то есть за каждой пятидневкой закреплен какой-либо образ из жизни природы (птиц, зверей, растений). Откуда берутся эти пятидневки? Каждый из 24 сезонов состоит из 15 дней (360/24), 15 дней в свою очередь делятся на три пятидневки (начальную, срединную и конечную). Каждой из этих пятидневок Мэн Си ставит в соответствие одну либо две гексаграммы (подробнее см. [1, с. 164–168; 2, с. 44–45]).
 
Таким образом мы видим, что результатом соотнесения основных единиц традиционного китайского календаря (4 времен года ши, 12 лунных месяцев юэ, 24 солнечных сезонов ци, 72 пятидневок-хоу) с гексаграммами Книги перемен явилось приписываемое Мэн Си учение о ци гексаграмм (гуа ци шо), которое впоследствии оказало огромное влияние как на ицзинистику ханьской эпохи, так и на все аспекты традиционной китайской культуры, так или иначе связанной с календарем.
 
2. Основные календарные построения Цзин Фана
 
Главным вкладом в ицзинистику младшего сверстника Мэн Си – Цзин Фана – явилось учение о «Восьми дворцах» (Ба гун шо), а также непосредственное следствие этого учения, такое важнейшее календарное приложение, как теория распределения десяти небесных стволов по восьми триграммам (На цзя шо). Изложение учения «Восемь дворцов» подробнее можно рассмотреть в предыдущих работах (см. [3; 5]), а мы перейдем к изложению практических календарных преломлений довольно технических ицзиновских построений Цзин Фана, важнейшим из которых является установление соответствия между 10 небесными стволами и 8 однородными (односоставными, чистыми) гексаграммами (чунь гуа 纯卦, Цянь, Чжэнь, Кань, Гэнь, Кунь, Сюнь, Ли, Дуй), получившего название на цзя шо 纳甲说 «учение о восприятии первого». Но перед этим имеет смысл рассмотреть, что символизируют 10 небесных стволов – тяньгань 天干.[2]
 
В установлении данного соответствия (на цзя) Цзин Фан руководствовался следующим простым принципом двоичности: янским гексаграммам (т.е. парам янских триграмм) он сопоставлял янские же (т.е. нечетные) циклические знаки, а иньским, соответственно, четные. Следующую техническую трудность, которая состояла в том, что небесных стволов десять, а однородных гексаграмм всего восемь, он преодолел так: Цзин Фан поставил в соответствие гексаграммам Цянь и Кунь по два циклических знака (цзя, жэнь и и, гуйсоответственно), а остальным шести гексаграммам поставил в соответствие по одному знаку.[3]
 
Естественным продолжением «распределения десяти небесных стволов по восьми триграммам» у Цзин Фана является сопоставление гексаграммным чертам восьми базовых гексаграмм двенадцати циклических знаков (так называемых «земных ветвей», дичжи 地支).[4] В Цзин ши и чжуань («Комментарии к И цзину господина Цзина»), Цзин Фан указывал, что подобно тому, как числа разделены на янские и иньские (нечетные – ян, четные – инь), 12 ветвей также разделены на инь и ян (четные – иньские, нечетные – янские). Цзы, инь, чэнь, у, шэнь, сюй отнесены к янским; чоу, мао, сы, вэй, ю, хай– к иньским.[5]
 
Кроме того, Цзин Фан, опираясь на традиционное ицзиновское разнесение пяти стихий (усин) по четырем временам года, включил их в свою систему описанных выше корреляций, соотнеся 5 стихий с чертами восьми основных (однородных) гексаграмм. Для пояснения цзинфановских построений необходимо вспомнить учение о четырех правильных гексаграммах (триграммах), принадлежащее старшему его современнику – Мэн Си. Цзин Фан существенно уточнил то соотнесение четырех времен года четырем правильным гексаграммам, основные черты которого намечены уже в Шогуа чжуань. Это уточнение состояло в том, что он эксплицитно связал времена года с древним учением о пяти стихиях – Усин шо (подробнее см. [9, с. 338–339]). Вкратце напомним те положения этого учения, которые понадобятся нам в дальнейшем. Существуют два основных порядка расположения пяти стихий: это порядок их взаимопорождения и порядок взаимопреодоления (см. схемы).Схема 3Схема 3
 
В порядке взаимопорождения пяти стихий прослеживается связь с «Книгой перемен», в частности, с той пространственно-временной локализацией восьми триграмм, которая зафиксирована в Шогуа чжуань (см. [13, с. 162; 10, с. 197–198]), также эта схема традиционно называется «расположение восьми триграмм по Вэнь-вану»:Схема 4Схема 4
 
Каждая из восьми триграмм была приурочена Цзин Фаном к одной из пяти стихий, что можно представить следующим рядом: Кань – вода, Ли – огонь, Сюнь – дерево, Цянь – металл, Кунь – почва, Гэнь – почва, Чжэнь – дерево, Дуй– металл.[6] Если сопоставить последовательность взаимопорождения пяти стихий с последовательностью расположения семи из восьми триграмм (исключая Гэнь, если идти от Чжэнь по часовой стрелке) в вышеупомянутой схеме, то видно, что они совпадают.[7]
 
До начала ханьской эпохи увязка символов И цзина с пятью стихиями обнаруживала себя только в виде расположения 8 триграмм, зафиксированного в Шогуа чжуань («порядка Вэнь-вана»). Цзин Фан был первым, кто стал развернуто соотносить 5 стихий с гексаграммами «Книги перемен». Для этого он, исходя из своего учения о Восьми дворцах, поставил в соответствие гексаграммам, распределенным по этим Восьми дворцам, пять стихий. Сначала он взял чунь гуа  纯卦, т.е. однородные (или базовые)[8] гексаграммы, и соотнес их с пятью стихиями. Что касается оставшихся 56 гексаграмм, то Цзин Фан поступил с ними следующим образом: гексаграммам каждого из Восьми дворцов, за исключением базовой гексаграммы (т.е. каждой семерке гексаграмм), он приписывает ту же стихию, какой отмечена базовая гексаграмма данного дворца. Так все остальные 56 гексаграмм оказались соотнесенными с пятью стихиями. Например, если гексаграмме Цянь соответствует металл, то и все остальные семь гексаграмм дворца Цянь также будут соотнесены с металлом.
 
После классификации гексаграмм Восьми дворцов по пяти стихиям, Цзин Фан, не останавливаясь на достигнутом, теперь уже каждой гексаграммной черте ставит в соответствие какую-либо из пяти стихий. Для этого он использовал распределение на чжи[9] (сопоставление гексаграммным чертам восьми базовых гексаграмм двенадцати циклических знаков – «земных ветвей»), благодаря чему каждая гексаграммная черта оказалась приписанной к той или иной стихии. Наглядно полную схему этого распределения см. (3, с. 164–165; 14, с. 215–216).
 
3. Учение о сезонном расцвете и увядании пяти стихий (Усин сюван шо 五行休王说)[10]
 
Суть этого учения – в наложении схемы пяти стихий на десятеричный набор циклических знаков (10 небесных стволов), т.е. разбивка этих знаков на пары, каждая из которых приписывается к какой-либо стихии. Точнее, согласно свидетельству таких источников, как Люйши чуньцю, Юэлин, Хуайнаньцзы, знаки цзя и 甲乙 соответствуют весенним месяцам, восточной стороне, дереву. Знаки бин дин 丙丁 соответствуют летним месяцам, южной стороне, огню. Знаки у цзи 戊己 распределяются по четырем сезонам (по 18 дней третьего месяца каждого сезона), соответствуют почве и центру.[11] Знаки гэн синь 庚辛 соответствуют осенним месяцам, западу и металлу. Знаки жэнь гуй 壬癸 соответствуют зимним месяцам, северу и воде. Таким образом, циклические знаки в первую очередь маркируют разбивку года на определенные временные отрезки, четыре из которых почти совпадают с обычными сезонами года, а по сути, мы получили распределение годовых временных интервалов по схеме пяти стихий.
 
Каждая из пяти стихий имеет свое время (период) расцвета, увядания и смерти. Например, дерево достигает наивысшего расцвета весной, огонь – летом, металл – осенью, вода – зимой, почва – во все сезоны. При том, что определенная стихия достигает наивысшего расцвета в определенном сезоне, другим стихиям в том же сезоне соответствуют иные стадии их жизненного цикла, и это напрямую связано с взаимопорождением и взаимопреодолением стихий.
 
Согласно Цзин Фану[12], каждая из пяти стихий находится в каком-либо из сезонов в одной из пяти стадий: наивысший расцвет (чжуан 壮), старение или увядание (лао 老), рождение (шэн 生), упадок  (цю 囚), смерть (сы 死). Возьмем для примера сезон весны. Ему соответствует дерево, поэтому оно находится весной в стадии наивысшего расцвета. Вода порождает дерево, поэтому в это время она находится в стадии старения (увядания). Поскольку дерево порождает огонь, то огонь весной пребывает в стадии рождения. Металл преодолевает дерево, но поскольку дерево весной в наивысшем расцвете, то для металла весна – это время упадка. Дерево преодолевает почву, и, так как оно находится весной в наивысшем расцвете, то почва весной оказывается в состоянии смерти. Для других сезонов принципы взаимоотношения стихий аналогичны (см. таблицу).
 
  Наивысший расцвет Старение (увядание) Упадок Смерть Рождение
Весна Дерево Вода Металл Почва Огонь
Лето Огонь Дерево Вода Металл Почва
4 сезона Почва Огонь Дерево Вода Металл
Осень Металл Почва Огонь Дерево Вода
Зима Вода Металл Почва Огонь Дерево
 
Включение пяти стихий в систему ицзиновских корреляций получило дальнейшее развитие у Цзин Фана в календарно-астрономическом плане. Опираясь на уже существовавшую традицию соотнесения пяти стихий и пяти больших планет (Меркурий, Венера, Марс, Сатурн, Юпитер), он развил ее, связав планеты и созвездия с гексаграммами И цзина.
 
4. Пять планет, соответствующие пяти стихиям, и их распределение по гексаграммам «Книги перемен»
 
Китайцы уже с древности классифицировали планеты по схеме пяти стихий, что находит отражение в самом термине, с помощью которого обозначали пять важнейших планет – у да син син (五大行星), или «пять больших планет, [соответствующие] стихиям» (т.е. Меркурий, Венера, Марс, Сатурн и Юпитер). Эти планеты были известны китайцам с глубокой древности, и на протяжении длительной истории названия их менялись.[13] Только в период Цинь и Хань, т.е. когда учение о пяти стихиях уже достаточно распространилось, планеты стали называться соответственно названиям стихий: Меркурий – шуйсин 水星 или Планета воды; Венера – цзиньсин 金星 или Планета металла; Марс – хосин 火星 или Планета огня; Юпитер – мусин 木星 или Планета дерева; Сатурн – тусин 土星 или Планета почвы.
 
Древние китайцы считали, что между пятью стихиями и пятью планетами существует определенная связь. Так, например, в «Исторических записках» Сыма Цяня (глава Ли шу, «Трактат о календаре») сказано: «Желтый император утвердил звездный календарь, установил пять стихий» (Хуанди каодин синли, цзяньли усин 黄帝考定星历,建立五行) [19, кн. 9, цз. 24, с. 2]. В «Истории [династии] Хань» (глава И вэнь чжи, «Библиографический раздел») говорится: «Беспорядок во взаимной смене пяти стихий приводит к превратному действию пяти планет» (Усин чжи сюйлуань, усин чжи бяньцзо 五行之序乱,五星之变作) [21, т. 2, с. 1946]. Ученый ханьской эпохи Чжан Хэн (78–139) по этому поводу писал: «Пять планет – это дух (сущность) пяти стихий» (Усин, усин чжи цзин. 五星,五行之精) [15, с. 294]. Пять планет – на Небе, пять стихий – на Земле. Пять планет и пять стихий выражают взаимодействие (взаимовлияние) Неба и Земли.
 
Уже в эпоху Чуньцю в Китае с помощью астрологических расчетов пытались объяснить причины тех или иных природных или социальных явлений. В эпохи Цинь и Хань астрологические объяснения получили особенно широкое распространение. Кроме того, в это время классификация планет по пяти стихиям значительно детализировалась: и пять планет, и пять стихий уже стали связывать с четырьмя сторонами света (четыре стороны плюс центр), четырьмя временами года (о пятом временном интервале говорилось выше) и т.д. В Хуайнаньцзы сказано: «Что такое пять планет? Восточной стороне [соответствует стихия] дерево... Его духом является Юпитер... Южной стороне [соответствует стихия] огонь... Его духом является Марс... Центру [соответствует стихия] почва... Ее духом является Сатурн... Западной стороне [соответствует стихия] металл... Его духом является Венера... Северной стороне [соответствует стихия] вода... Ее духом является Меркурий» [22, т. 1, цз. 3, с. 6-7].
 
Начиная с династий Цинь и Хань, четыре стороны света, четыре времени года, небесные стволы и земные ветви, пять стихий, пять планет и другие понятия, классифицированные по схеме пяти стихий, стали складываться в единую систему. Поскольку Цзин Фан уже связал пять стихий и гексаграммы «Книги перемен», а пять стихий и пять планет уже были соотнесены друг с другом до него, то естественным образом напрашивалась корреляция между пятью планетами и гексаграммами И цзина.
 
Цзин Фан распределяет пять планет по гексаграммам «Книги перемен», опираясь на порядок взаимопорождения пяти стихий, что приводит к следующим двум параллельным друг другу последовательностям:
 
ПОЧВА → МЕТАЛЛ → ВОДА → ДЕРЕВО → ОГОНЬ
Сатурн → Венера → Меркурий → Юпитер → Марс
 
Затем, используя осуществленное им расположение 64 гексаграмм по 8 дворцам (см. [5, с. 134–135, табл. 1]), Цзин Фан поставил в соответствие каждой гексаграмме какую-либо из пяти планет. Первой гексаграмме Цянь он поставил в соответствие планету Сатурн (почва).[14] Следующей гексаграмме Цянь-дворца – Гоу – Цзин Фан поставил в соответствие следующую согласно порядку взаимопорождения планету Венера. Следующей гексаграмме Цянь-дворца – Дунь – соответствует планета Меркурий. Далее, гексаграмме Пи – планета Юпитер, гексаграмме Гуань – планета Марс.
 
Далее процесс повторяется. Гексаграмме пятого поколения Цянь-дворца – Бо – соответствует Сатурн, гексаграмме странствующего духа Цянь-дворца – Цзинь – соответствует Венера, гексаграмме возвращающегося духа Цянь-дворца – Да ю – соответствует Меркурий. Далее по порядку берется следующий дворец. Гексаграмме Чжэнь соответствует планета Юпитер, гексаграмме первого поколения Чжэнь-дворца – Юй – соответствует Марс и т.д., вплоть до последней гексаграммы возвращающегося духа Дуй-дворца (Гуй мэй), которой соответствует планета Юпитер. Таким образом, согласно распределению Цзин Фана, планетам Сатурн, Венера, Меркурий и Юпитер соответствует по 13 гексаграмм, а планете Марс – 12 гексаграмм «Книги перемен». Наглядно вышеописанные соответствия можно представить в виде следующей таблицы.
Табл. 1. Гексаграммы Восьми дворцов и соответствующие им планетыТабл. 1. Гексаграммы Восьми дворцов и соответствующие им планеты 
Из всего вышесказанного можно сделать следующий вывод. Цзин Фан в своих комментариях к И цзину продолжил разработку календарных его аспектов, начатую еще Мэн Си. По мнению некоторых современных китайских ученых (см., напр., [13; 13a]) календарные интерпретации И цзина – это продукт доханьской эпохи. Об этом убедительно свидетельствуют, например, результаты исследования Лю Дацзюня в работе, на которую я ссылался выше, показывающие наличие следов учения о ци гексаграмм в Комментариях больших образов (Да сян чжуань) – одном из старейших ицзиновских комментариев.
 
Хотя обычно календарные трактовки И цзина воспринимаются как характерная черта лишь одного из двух главных направлений в ицзинистике, а именно, ханьского учения об образах и числах (сян шу чжи сюэ), тем не менее существуют серьезные основания полагать, что астрономическо-календарная тематика изначально является одним из важнейших смысловых измерений древнего памятника и поэтому не могла вести свое начало лишь с творчества ханьских ицзинистов.

Литература
1. Агеев Н.Ю. К проблеме возникновения календарных истолкований И цзина // Общество и государство в Китае. XXXII научная конференция. М., 2002.
2. Агеев Н.Ю. Мэн Си и календарные приложения И цзина // Китайская классическая «Книга Перемен» и современная наука. Сб. ст. М., 2003.
3. Агеев Н.Ю. Развитие календарных аспектов ицзинистики в творчестве Цзин Фана. // Общество и государство в Китае. XXXIII научная конференция. М., 2003.
4. Агеев Н.Ю. 24 сезона китайского календаря и их осмысление в ханьской традиции // IX Всероссийская конференция «Философии Восточно-Азиатского региона и современная цивилизация». М., 2003.
5. Агеев Н.Ю. Учение Цзин Фана о Восьми дворцах и календарные приложения этого учения // // Общество и государство в Китае. XXXIV научная конференция. М., 2004.
6. Агеев Н.Ю. Календарь как основной инструмент так называемого коррелятивного мышления // // Общество и государство в Китае. XXXV научная конференция. М., 2005.
7. Воробьев А.Н.  Традиционный китайский календарь. М., 2000.
8. Гао Хуайминь. Лян Хань исюэ ши (История ицзинистики [в период] обеих Хань). Тайбэй, 1983.
9. Китайская философия. Энциклопедический словарь. М., 1994.
10. Лукьянов А.Е. Дао «Книги Перемен». М., 1993.
11. Лу Ян. Цзин ши И чжуань цзеду (Комментарии к «Книге перемен» господина Цзина с разъяснениями и толкованиями). Т. 1, 2. Пекин, 2004.
12. Лю Дацзюнь. «Гуаци» суюань (Исследование истоков [учения о] «пневме гексаграмм») // Чжунго чжэсюэ (Китайская философия). Пекин, 2000, №11.
13. Лю Дацзюнь, Линь Чжунцзюнь. Чжоу и гу цзин байхуа цзе (Древний текст Чжоу и и его переложение на современный язык). Цзинань, 1989.
13а. Лю Лифу. Чжоу и юй кэсюэ (Чжоу и и наука) // Чжунго чжэсюэ (Китайская философия). Пекин, 2000, № 10.
14. Лю Юйцзянь. Лян Хань сяншу исюэ яньцзю (Исследование образно-числовой ицзинистики [периода] обеих Хань), Т. 1, 2. Наньнин, 1996.
15. Люй Бувэй. Люйши чуньцю цзяоши (Весны и осени господина Люя с комментариями). Т. 1–4. Шанхай, 1984.
16. Люйши чуньцю (Весны и осени господина Люя). М., 2001.
17. Ткаченко Г.А. Космос, музыка, ритуал (миф и эстетика в «Люйши чуньцю»). М., 1990.
18. Философы из Хуайнани (Хуайнаньцзы). М., 2004.
19. Хуайнаньцзы (Философы из Хуайнани). Гуанчжоу, 2001.
20. Хуэй Дун. «Чжоу и» шу (Изложение [учения] Чжоу и). Тяньцзинь, 1989.
21. Цзин ши И чжуань сань цзюань (Комментарии к «Книге перемен» господина Цзина в трех свитках). Шанхай, [б.г.].
22. Цыбульский В.В. Календари и хронология стран мира. М., 1982.
23. «Чжоу и» цыдянь. (Словарь Чжоу и). Чанчунь, 1992.
24. Шовэнь цзецзы сичжуань фулу ([Словарь] «Изъяснение письмен и птолкование иероглифов» со связанными комментариями и приложениями). Т. 1-7. Шанхай, 1936.
25. Щуцкий Ю.К. Китайская классическая «Книга перемен». М., 2003.
 
Ст. опубл.: Общество и государство в Китае: XXXIX научная конференция / Ин-т востоковедения РАН. - М.: Вост. лит., 2009. - 502 стр. - Ученые записки Отдела Китая ИВ РАН. Вып. 1. С. 434-449.


  1. И Син (一行), мирское имя Чжан Суй (张遂), годы жизни 673? – 727. Родом из Цзюйлу (巨鹿), на территории современной пров. Хэбэй. Исследовал Чжоу и и написал ряд комментариев к нему, в которых акцентировал внимание на календарно-нумерологические его стороны (см. [14; 23, с. 501]).
  2. В Шовэнь цзецзы говорится: «Гань – это основа». Иероглиф гань (干) имеет значение «стебель или ствол трав и деревьев» [27].
    Порядок расположения 10 небесных стволов – это: цзя, и, бин, дин, у, цзи, гэн, синь, жэнь, гуй. Данный порядок образует природный цикл, что подтверждается исходным смыслом этих знаков. Так, в Шовэнь цзецзы относительно знака цзя сказано: «Цзя, начало восточной стороны, янская энергия начинает прорастать. Образ цзя – [птицы] высиживают яйца на деревьях» [27]. Таким образом, первичный смысл данного знака поясняется образами возникновения растительной и животной жизни.
    Относительно знака и в Шовэнь цзецзы говорится: «И, травы и деревья с трудом появляются на свет, но энергия инь еще сильна, она рождает знак и» [27]. О знаке бин: «Бин, занимает южное положение, тьма вещей становится зримой». О знаке дин: «Дин, летом вся тьма вещей укрепляется». [27] О знаке у: «У, срединный дворец». Отметим, что «Срединный дворец» символизирует центральную из пяти стихий, т.е. почву, и, соответственно, расцвет. (14, с. 202–203). О знаке цзи: «Цзи, срединный дворец. Изображает начало перехода тьмы вещей от цветения к зрелости» [27]. О знаке гэн: «Гэн, располагается на западной стороне. Изображает осеннее завязывание плодов у тьмы вещей» [27]. О знаке синь: «Синь, осенью тьма вещей плодоносит и [плоды] созревают. Металл и твердое имеют горький вкус (синь буквально значит “горький”)»  [27]. О знаке жэнь: «Жэнь расположен на севере, инь достигает предела, ян рождается» [27]. О знаке гуй: «Гуй, зимой вода и почва выравниваются. Можно вычислять (рассчитывать, строить предположения). Знак изображает воду, со всех четырех сторон стекающую вглубь земли» [27]. Смысл в предположении, расчете. Тьма вещей, разродившись в жэнь, предполагает и дает ростки. Далее все идет по новому кругу, т.е. переходит в цзя.
  3. Распределение десяти небесных стволов по восьми однородным гексаграммам принимает у Цзин Фана следующий вид:
    Цянь: внутренней триграмме – цзя, внешней триграмме – жэнь.
    Кунь: внутренней триграмме – и, внешней триграмме – гуй.
    Чжэнь (старший сын): гэн.      Сюнь (старшая дочь): синь.
    Кань (средний сын): у.          Ли (средняя дочь): цзи.
    Гэнь (младший сын): бин.       Дуй (младшая дочь): дин.
    Это распределение позволяет распространить соответствие между восьмью гексаграммами и десятью небесными стволами на все 64 гексаграммы. Например, гексаграмма Гоу состоит из внутренней триграммы Сюнь (соответствует знаку синь) и внешней триграммы Цянь (соответствует знаку жэнь).
  4. Иероглиф чжи (支) означает «ветку, ответвление, отходящее от основного ствола».
    Рассмотрим порядок расположения 12 земных ветвей и смысл обозначающих их иероглифов. Первый из них – это знак цзы. Согласно Шовэнь цзецзы, цзы обозначает 11-й месяц, энергия ци начинает движение, тьма вещей наливается (наполняется, вырастает), образ этого знака – «появляться, принимать форму». Другими словами, цзы – это самая начальная стадия, зарождение в недрах земли.
    Второй знак – чоу. В Шовэнь цзецзы о нем говорится: «Чоу, 12-й месяц, тьма вещей начинает движение к действию» [27]. Т.е. зарождается и завязывается в земле и проявляется в еще свернутом виде (14, с. 204–205). Третий знак – инь: «Первый месяц, энергия ян двигается, стремится выйти на свет из небытия (из загробного мира), инь все еще сильна». [27] Четвертый знак – мао: «Второй месяц, тьма вещей вдруг (неожиданно) появляется из земли, образ – открытие дверей (небесные ворота)» [27]. Все рождается и начинает свой рост. Пятый знак – чэнь: «Чэнь, гром. 3-й месяц, энергия ян растет, гремит гром, сверкает молния. Это время крестьян (сельскохозяйственных работ), все вещи родились и растут» [27]. Шестой знак – сы: «Сы, уже. 4-й месяц, энергия ян уже вышла, энергия инь уже накопилась. Все вещи видны, уже проявились и сформировались» [27]. Седьмой знак – у: «У, пятый месяц, энергия инь, преодолевая сопротивление ян, внезапно появляется (прорезается) из земли» [27]. Восьмой знак – вэй: «Вэй, вкус (запах, аромат). 6-й месяц, появление вкуса. Образ – листья на деревьях» [27]. Девятый знак – шэнь: «Шэнь, дух (жизненная сила), энергия. 7-й месяц, энергия ци сформировалась» [27]. Т.е. все вещи сформировались прочно и крепко. Десятый знак – ю: «Ю, результат (плоды). 8-й месяц, злаки (плоды) поспели, могут стать крепким вином» [27]. Изначальный смысл иероглифа – сосуд для приготовления вина, а вино приготавливают, когда поспевают плоды и злаки. Одиннадцатый знак – сюй: «Сюй, гаснуть (исчезнуть, уничтожить). 9-й месяц, энергия ян минимальна, все вещи заканчивают существование. Ян уходит в землю» [27]. Двенадцатый знак – хай: «Хай, корни трав. 10-й месяц, минимальная ян начинает встречать максимальную инь» [27]. Т.е. только что нарождающаяся энергия ян скрыта в земле, чтобы вновь зародиться в цзы.
    Мы видим, что последовательность земных ветвей устроена по тому же принципу, что и небесных стволов, что подтверждается исходным смыслом знаков обеих серий: они образуют непрекращающийся природный цикл рождения – расцвета – увядания – смерти – рождения и т.д.
  5. После этого Цзин Фан соотнес янские ветви с чертами четырех янских гексаграмм следующим образом (также см. [3]).
    Чертам гексаграммы Цянь (с начальной по верхнюю) отвечают ветви цзы, инь, чэнь, у, шэнь, сюй. То же самое для гексаграммы Чжэнь, так как она является старшим сыном.
    Для гексаграммы Кань (средний сын): инь, чэнь, у, шэнь, сюй, цзы.
    Для гексаграммы Гэнь (младший сын): чэнь, у, шэнь, сюй, цзы, инь.
    Иньским гексаграммам соответствуют иньские ветви. Для гексаграммы Кунь распределение следующее: вэй, сы, мао, чоу, хай, ю. Распределение 12 земных ветвей по остальным трем иньским гексаграммам имеет следующий вид:
    В гексаграмме Сюнь (старшая дочь): чоу, хай, ю, вэй, сы, мао.
    В гексаграмме Ли (средняя дочь): мао, чоу, хай, ю, вэй, сы.
    В гексаграмме Дуй (младшая дочь): сы, мао, чоу, хай, ю, вэй.
  6. Некоторые триграммы соотнесены со стихиями не впрямую, а посредством родственных значений. Например, согласно Шогуа чжуань, Гэнь – это гора, но поскольку гора является одной из форм почвы (земли), то Гэнь поэтому соответствует почве как одной из пяти стихий. Чжэнь – молодой бамбук, тростник, т.е. один из видов дерева, поэтому Чжэнь соответствует дереву (см [10, с. 200; 13, с. 163]). Ко времени Цзин Фана все эти корреляции были уже определены.
    Особо хочется пояснить соотнесение триграмм Цянь и Дуй с металлом. Цянь – это небо, которое имеет твердую природу. Во времена Хань уже был широко распространен миф о «всеобъемлющем небе» (浑天 хунь тянь), древней геоцентрической системе, по которой Земля находится в центре небесной сферы. Небо и земля при этом сравнивались с яйцом (небо – оболочка яйца, а земля – то, что внутри). Соответственно, получается, что небо – это твердь. Дуй согласно Шогуа чжуань – это «разрушать, ломать» (毁折 хуй чжэ), а разрушающее и ломающее всегда имеет твердую природу. К тому же триграмма Дуй соотносится с осенью, а наивысший расцвет осени приходится на металл, что дает дополнительные основания ставить в соответствие водоему металл.
  7. Взгляните сами: Чжэнь, Сюнь (дерево) → Ли (огонь) → Кунь (почва) → Дуй, Цянь (металл) → Кань (вода). Только Гэнь «выпадает» из этого соответствия (см. [14, с. 237]).
  8. То есть гексаграммы: Цянь, Чжэнь, Кань, Гэнь, Кунь, Сюнь, Ли, Дуй. Также см. [3].
  9. Распределение на чжи (纳支) традиционно считается частью на цзя, поэтому обычно специально не отделяется от него.
  10. Истоки данного учения обнаруживаются еще в эпохах Чжоу и Цинь, но в Хань оно достигло своего расцвета. Иероглиф ван (王) здесь обозначает «сезонный, соответствующий сезону, расцвет, процветание»; сю (休) – «несезонный, несоответствующий сезону, увядание, прекращение» (14, с. 244).
  11. Существовало два варианта соответствия почвы как стихии сезонам года. В более раннем памятнике Хуайнаньцзы (II в. до н.э.) зафиксировано «Учение о соответствии почвы третьему месяцу лета» (土王季夏说 ту ван цзися шо). Позднее появилось «Учение о соответствии почвы четырем сезонам» (土王四季说 ту ван сыцзи шо), впервые отмеченное в «Бо ху тун» (79 до н.э.), согласно которому почве ставятся в соответствие по 18 дней третьего месяца каждого сезона, что в сумме составляет 72 дня. Каждой из других стихий (металлу, воде и пр.) в этом случае также соответствует 72 дня. Таким образом добиваются равномерного распределения пяти стихий по четырем сезонам года (72×5=360). Этот второй вариант и использовал Цзин Фан в своих теориях (14, с. 207–209).
  12. Данная теория существовала еще до Цзин Фана. Так, в Хуайнаньцзы мы читаем: «Дерево крепнет, Вода на исходе, Огонь родится, Металл в темнице, Земля умирает. Огонь крепнет, Дерево стареет, Земля родится, Вода в темнице, Металл умирает. Земля крепнет, Огонь стареет, ...» и т.д. (см. [18, с. 81]).
  13. Так, до периода Чжаньго пять планет назывались следующим образом: Меркурий – чэньсин (辰星) или Звезда времени; Венера – тайбай (太白) или Великая белизна; Марс – инхо (荧惑) или Бог огня (Мерцающая [звезда]); Сатурн – чжэньсин (镇星) или Звезда спокойствия (постоянства); Юпитер – суйсин (岁星) или Звезда года.
  14. Видимо это объясняется тем, что в учении о распределении пяти стихий по четырем сезонам года и сторонам света почва отнесена ко всем сезонам поровну и занимает центральное положение по отношению к четырем сторонам света. Поскольку центр является наиболее важной позицией, постольку стихия, занимающая эту центральную позицию, ассоциируется с гексаграммой Цянь, также являющейся важнейшей среди 64 гексаграмм.

Автор:
 

Новые публикации на Синологии.Ру

Исследование категорий и основных понятий китайской философии и культуры
Биография и выступления А.И. Кобзева на сайте Энциклопедия Кино и ТВ
28 июля 2020 года ушел из жизни патриарх российского и польского китаеведения Станислав Роберт Кучера
Причины неудачной политики Цинской империи в Синьцзяне 1884 – 1912 гг.
Интернет-канал по истории Китая С.В. Дмитриева


© Copyright 2009-2021. Использование материалов по согласованию с администрацией сайта.