Синология.Ру

Синология.Ру

Тематический раздел


Китайский юмор: цзацзуань и сехоуюй

 
 
В статье предполагается рассмотреть литературные произведения жанра цзацзуань и, в частности, их взаимосвязь с одним из типов фразеологизмов китайского языка, а именно – недоговорками-иносказаниями (сехоуюй).
 
Цзацзуань (букв. «разное», «смесь», «заметки о разном»)[1], отличающиеся оригинальной литературной формой и особой композиционной организацией, представляют собой очень своеобразный жанр китайской художественной литературы. В отечественном китаеведении жанру цзацзуань посвящены, в частности, О.Л.Фишман [Фишман 1956], Н.И.Конрада [Конрад 1959] и И.Э.Циперович [Циперович 1967]. Существуют переводы цзацзуань на русский язык, выполненные О.Л.Фишман [Фишман 1956] и И.Э.Циперович [Циперович 1969].
 
Особенность композиции цзацзуань состоит в том, что под одним заголовком группируется ряд высказываний: под общую рубрику подводятся очень разнородные, очень разноплановые ситуации, сходные по тому или иному признаку, например, по той реакции, которую они вызывают у человека. Объединяющий признак выражается заголовком. Ср. цзацзуань одного из классиков этого жанра Ли Шан-иня (И-Шаня), жившего в IX веке н.э. [Цзацзуань 1969, 30]:
 
Невыносимо:
 
            лето – толстяку;
            прийти домой и застать жену сердитой;
            находиться в подчинении у взяточника;
            иметь сослуживцев с дурными привычками;
            путешествовать в жару;
            долго беседовать с бесцеремонным человеком;
            мокнуть в лодке под дождем;
            ютиться в сырой и грязной лачуге;
            жить в уезде, где начальник вечно к тебе придирается.
 
Заголовок синтаксически связан с каждой строкой и только вместе со строкой образует законченную мысль, или изречение. В большинстве случаев имеет место инверсия: заголовок представляет собой суждение о той или иной ситуации, заданной в строке. Таким образом, строка задает тему, а заголовок – рему.
 
И.Э.Циперович называет заголовок вместе с одной из относящихся к нему строк изречением или афоризмом, а заголовок вместе со всеми относящимися к нему строками – группой цзацзуань [Циперович 1969, 4].
 
Строго говоря, жанр цзацзуань – не обязательно юмористический. Так, например, в цзацзуань Ли Шан-иня встречаются дидактические, наставительные цзацзуань, в которых говорится о том, что следует и чего не следует делать, что прилично и что неприлично, чему следует учить детей и т.п. (ср. такие заголовки, как «Умно», «Неумно», «Глупо», «Непристойно», «Бестактно», «Навязчиво», «Неразумно»; «Наставляйте сыновей», «Наставляйте дочерей», «Десять запретов» - [Цзацзуань 1969, 36-38]).
 
Однако сама разнородность и разноплановость подводимых под одну рубрику ситуаций создает юмористический эффект. Ср. следующий цзацзуань Су Ши (1037-1101):
 
Мало приятного:
           
            ходить в туфлях, которые жмут;
            в жару корпеть на экзаменах;
            быть закованным в цепи;
            в знойный день принимать незнакомых людей;
            жить с ревнивой женой до самых седин. [Цзацзуань, 49].
 
Если искать нечто аналогичное в русской культуре, то можно вспомнить эпизод из романа Н.Г.Чернышеского «Что делать?», в котором Лопухов, размышляющий о том, что его жена Вера и его лучший друг Кирсанов любят друг друга, и принимающий по этому случаю снотворное, приходит к выводу о том, что крушение  духа  по силе оказалось эквивалентно четырем стаканам крепкого кофе: и то, и другое нейтрализовывалось двумя пилюлями морфия. «Он (Лопухов) заснул, смеясь над этим сравнением» [Чернышевский 1987, 264-265]. Именно разнородность и разноплановость причин, приводящих к бессоннице, дает возможность улыбнуться и - тем самым – уже подняться над собственным несчастьем.
 
Пожалуй, можно утверждать, что жанровые аналоги цзацзуань отсутствуют в русской литературе.[2] Впрочем, можно указать отдельные произведения, построение которых по форме напоминает цзацзуань, ср. стихотворение В.Высоцкого «Я не люблю» [Высоцкий 1990, 224-225]):
 
Я не люблю фатального исхода,
от жизни никогда не устаю.
Я не люблю любое время года,
когда веселых песен не пою.
 
Я не люблю холодного цинизма
 
Для носителей русской культуры более привычны двучленные сравнительные высказывания вида «А подобно В». Так, следующий цзацзуань Сюй Шу-пи (XVII в.):
 
Не удержишь:
 
                        цветок, опадающий с ветки;
                        красоту женщины [Цзацзуань 1969, 66].
 
в нашей культуре имел бы вид «Красота женщины подобна опадающему с ветки цветку».
 
Из каждого цзацзуаня, состоящего из n строк, можно построить Ckn = n!/(n-2)! привычных нам двучленных афоризмов вида «А подобно В». Это значит, что из пятистрочного цзацзуаня можно построить 5!/(5-2)!=120/6=20 двучленных афоризмов.
 
Как правило, в цзацзуань под одним заголовком объединяется от пяти до десяти афоризмов.
 
Встречаются, однако, и малочленные (дву- или даже одночленные) цзацзуань. Они особенно характерны для Сюй Шу-пи. Ср.
 
Не скроешь:
 
                        звук хлопушек за закрытой дверью;
                        краску на лице от выпитого вина.
 
Досадно:
 
                        когда сочинил скверные стихи, а тебя просят почитать.
 
Боятся, как бы не узнали:
 
                        когда сомнительным путем нажили большие деньги.
 
Не научишься:
 
                        великодушию.
 
Уж не приходится бояться:
 
                        коль пошел охотиться на тигра [Цзацзуань 1969, 64-66].
 
           
Может быть поставлен вопрос: какова в таком случае роль инверсии? Чем построение с инверсией отличается от обычного? Ср. «Когда сомнительным путем нажили большие деньги – боятся, как бы об этом не узнали люди», «Великодушию не научишься», «Коль пошел охотиться на тигра – уж не приходится бояться» (кстати, ср. русск. «Взялся за гуж – не говори, что не дюж» - именно такой порядок, а не «Не говори, что не дюж: коль взялся за гуж»)?
           
Можно высказать следующее предположение. Вынесение второй (рематической) части высказывания в заголовок и отделение ее от последующего паузой приводят к тому, что читатель непроизвольно начинает сам выстраивать ситуационный ряд: чему не научишься? чего боятся? когда уже не приходится бояться? Таким образом, даже в одночленном цзацзуань имплицитно присутствуют члены, домысливаемые читателем.
           
Шире: в любом цзацзуань членов (строк, афоризмов) больше, чем напечатано в книге. Именно потому, что прочтя заголовок и остановившись, читатель - осознает он это или нет – начинает сам выстраивать соответствующий ряд, подбирать свои ответы на поставленный вопрос. И в ходе чтения и осмысления цзацзуань всегда происходит сопоставление читательских ответов с авторскими. Особенно интересно это делать, когда автора и читателя разделяет очень многое – и прежде всего десять веков времени.
 
Как отмечает И.Э.Циперович, в ряде случаев в русском переводе цзацзуань она была вынуждена отойти от оригинала и одну группу изречений представить в виде двух или даже трех групп. Это было вызвано многозначностью заголовков, которую не всегда удавалось отразить в русском переводе [Циперович 1969, 22-23].
 
Интересно остановиться на еще одной особенности цзацзуань, которую не отметила И.Э.Циперович: в случае многозначности заголовка по мере чтения строк «пробегается» весь спектр его значений, которые последовательно, как будто бы лучом, высвечиваются одно за другим. Это не всегда видно в русском переводе.
 
Рассмотрим, например, цзацзуань Ван Цзюнь-юя (1020-1092(?)):
 
Невыносимо:
 
            жить в комнате, за которую задолжал;
            когда представляешься начальнику, а тебя кусает блоха;
            когда прилег отдохнуть в жаркий день
                                               и одолевают мухи;
            когда едешь верхом по узкому переулку,
                                               а навстречу ползет телега;
            когда поссорился с женой;
            когда тебя не любит начальство;
            когда нужно переправиться и нет лодки;
            когда чествуют высокое начальство.  [Цзацзуань 1969, 45]
 
Приведем китайский оригинал данной группы цзацзуань [Wang Zhi, б.г., страницы не пронумерованы]:
 
Guо-bu-de
 
lin wu qian fang qian
ye shang guan bei shi zuo/chuai
shu yue han shui bei ying rao
zhai xiang qi ma feng chezi
fu fu fan mu
shang si bu xi
lin du wu chuan
feng da guan jie.
 
В китайском оригинале заголовок выражен конструкцией guo-bu-de, которая представляет собой отрицательную форму потенциального наклонения от глагола guo. (Отрицательная форма потенциального наклонения с формативом bu-de обозначает невозможность успешного осуществления действия, обозначаемого глаголом guo). Глагол guo характеризуется чрезвычайно широким спектром значений, каждое из которых может быть реализовано в форме guo-bu-de. Перечислим возможные интерпретации формы guo-bu-de в порядке, соответствующем порядку строк вышеприведенного цзацзуаня:[3]
 
1) невозможно прожить                   значение Б.2 `проводить жизнь’;
2) аудиенции не получится             значение Б.9 `навещать, являться на аудиенцию’;
3) невозможно вытерпеть                значение А.7 `превозмогать, преодолевать’;
4) невозможно проехать                  значение А.2 `переходить, переправляться, пересекать’;
5) не могут поладить                       значение Б.6 `уживаться, ладить, поддерживать отношения’;
6) невозможно вытерпеть/жить дальше    значение А.7 `превозмогать, преодолевать’;
7) невозможно переправиться         значение А.2 `переходить, переправляться, пересекать’;
8) невозможно превзойти                 значение Б.8 `превосходить кого-л. в чем-л.’.
 
Русский перевод заголовка - `невыносимо’ -  безусловно, отражает общий смысл формы guo-bu-de, но тонкая игра ее смысловых оттенков, происходящая при переходе от строки к строке, ускользает.
 
Во второй части статьи мы рассмотрим соотношение цзацзуань и одного из видов китайских фразеологизмов – так называемых недоговорок-иносказаний (сехоуюй).
 
Мы постараемся показать, что по своему устройству цзацзуань изоморфны одному недоговоркам-иносказаниям сехоуюй (точнее, одному из подвидов недоговорок-иносказаний).
 
Недоговорка-иносказание определяется как речение, состоящее из двух частей. Основная смысловая нагрузка ложится на вторую часть, которая может представлять собой, в частности, общеупотребительный троп, употребительное в обиходе выражение, ругательство, четырехсложный фразеологизм - чэнъюй и т.п. В одном из подвидов недоговорок-иносказаний вторая часть допускает – в частности, за счет полисемии или омонимии составных элементов – различные прочтения, помимо основного смысла. Первая же часть представляет собой раскрытие одного из таких «побочных» прочтений. В отечественном китаеведении недоговоркам-иносказаниям посвящены, в частности, работы Ю.Л.Кроля [Кроль 1966], М.Г.Прядохина и Л.И.Прядохиной [Прядохин 1977; Прядохин, Прядохина 2001].
 
Рассмотрим недоговорку Waisheng da denglong – zhao jiu букв. `Племянник держит зажженный фонарь – светит дяде’ [Прядохин, Прядохина 2001, 183; Xiehouyu cidian, 367; Xiehouyu 100, 155]. «Светит дяде» представляет собой как раз «побочное» прочтение второй части – zhao jiu, которое становится возможным благодаря тому, что первый компонент zhao - полисемантичен, а второй – jiu - допускает различные прочтения за счет омонимии. Основной же смысл второй части – «всё по-старому». Именно для выражения этого смысла и существует недоговорка Waisheng da denglong – zhao jiu. В речи она может употребляться как полностью, так и в усеченном виде (в этом случае произносится только первая часть), отсюда и термин «недоговорка». То есть, если говорящий хочет высказать мысль, что все осталось по-старому (и это плохо),  он может сказать просто Waisheng da denglong «Племянник держит зажженный фонарь».
 
Рассмотрим еще одну недоговорку: Dingzhang de qiao erduo  - li ti tai yuan le `Кузнец попал <коню> по уху – слишком далеко от копыта’ Данная недоговорка употребляется в значении «слишком далеко от темы» [Прядохин, Прядохина 2001, 85-86]. «Кузнец попал коню по уху» представляет собой как раз другое прочтение второй части li ti tai yuan le, которое становится возможным благодаря тому, что слог ti допускает как интерпретацию `тема’, так и интерпретацию `копыто’ (это омонимы, и различаются они только в иероглифической записи). Данная недоговорка – в полном или в усеченном виде - может быть использована, например, для того, чтобы сказать, что докладчик слишком удалился от темы.
 
Последовательность создания вышеприведенных недоговорок можно представить в виде следующих схем (см. ниже, Схема 1 и Схема 2).
 
Схема 1
外甥打灯笼  -  照舅
Waisheng da denglongzhaojiu
Племянник держит зажженный фонарь – светит дяде
(употребляется в значении «все по-старому»)
 
Шаг 1 Описание положения вещей: создание имени
ситуации
zhao jiu
прочтение 1: `все по-старому’
照旧
Шаг 2 Второе прочтение
имени ситуации
zhao jiu
прочтение 2: `светит дяде’
照舅
Шаг 3 Раскрытие второго
прочтения имени
ситуации
Waisheng da denglong – zhao jiu
`Племянник держит зажженный фонарь – светит дяде’
Шаг 4 Раскрытие второго прочтения
имени ситуации
выступает как
замещение первого прочтения
 
Вопрос:
Nimen xueyuan zuijin zenmeyang?
`Как дела у вас в институте?’
Ответ:
Waisheng da denglong
`Племянник держит зажженный фонарь’
(в значении «все по-старому»)
 
Схема 2
钉掌的敲耳朵  -  离蹄太远了
Dingzhang de qiao erduo  - li ti tai yuan le
Кузнец попал <коню> по уху – слишком далеко от копыта
(употребляется в значении «слишком далеко от темы»)
 
Шаг 1 Описание положения вещей: создание имени
ситуации
li ti tai yuan le
прочтение 1: `слишком далеко от темы’
离题太远了
Шаг 2 Второе прочтение
имени ситуации
li ti tai yuan le
прочтение 2: `слишком далеко от копыта’
离蹄太远了
Шаг 3 Раскрытие
 второго
прочтения имени
ситуации
Dingzhang de qiao erduo – li ti tai yuan le
`Кузнец попал <коню> по уху – слишком далеко от копыта’
Шаг 4 Раскрытие второго прочтения
имени ситуации
выступает как
замещение первого прочтения
Например, реакция на доклад:
Dingzhang de qiao erduo
`Кузнец попал <коню> по уху’ (в значении «слишком далеко от темы»)
 
Имя :                                                                                   zhao jiu          
Стоящие за ним ситуации:            1. Все по-старому     照旧
                                                             2. Светит дяде          照舅
 
Имя:                                                                                                         li ti tai yuan le
Стоящие за ним ситуации:            1. Слишком далеко от темы       离题太远了
                                                             2. Слишком далеко от копыта   离蹄太远了
 
Таким образом, можно сделать вывод о том, что недоговорки-иносказания оказываются, по сути дела, изоморфными цзацзуань-группам. Вторая часть недоговорки (имя ситуации) по выполняемой функции аналогична заголовку цзацзуань. Она многозначна (в частности, за счет омонимии) и, по сути дела, содержит отсылку сразу к двум ситуациям: одна из них представлена буквально, а вторая оказывается раскрытой с помощью первой части. Таким образом, можно сказать, что недоговорка-иносказание представляет собой  сжатую в одну строку цзацзуань-группу, а цзацзуань –  «развертку» недоговорки-иносказания (с выносом второй части вперед  в качестве заголовка).
 
Литература
 
БКРС Большой китайско-русский словарь. В 4-х тт. М., «Наука», 1983-1984.
Высоцкий 1990 - Высоцкий В.С. Нерв. Чебоксары, Чувашское книжное издательство, 1990.
Горегляд 1961 - Горегляд В.Н. О жанровых особенностях «Записок от скуки» Кэнко-хоси // Вопросы филологии и истории стран советского и зарубежного Востока. М., 1961, с. 86.
Конрад 1959 - Конрад Н.И. Ли Шан-инь и его изречения // Китайская литература. Хрестоматия. Т. 1. М., 1959.
Кроль 1966 - Кроль Ю.Л. Опыт описания структуры и классификации пекинских поговорок сехоуюй. // Жанры и стили литератур Дальнего Востока. М., 1966.
Прядохин 1977 - Прядохин М.Г. Китайские недоговорки-иносказания. М., «Наука». 1977.
Прядохин, Прядохина 2001 - Прядохин М.Г., Прядохина Л.И. Краткий словарь недоговорок-иносказаний современного китайского языка. М., «Муравей», 2001.
Сэй Сёнагон 1935 - Сэй Сёнагон. Из «Записок у изголовья» // Восток. Вып. 1. Литература Китая и Японии. 1935, с. 193.
Фишман 1956 - Фишман О.Л. Из «изречений» Ли Шан-иня // Советское востоковедение. 1956, № 4, с. 11-17.
Циперович 1967 - Циперович И.Э. По поводу авторства собрания заметок «Цзацзуань И-шаня» // Историко-филологические исследования. М., 1967, с. 401-408.
Циперович 1969 – Циперович И.Э. Изречения цзацзуань в собраниях различных авторов // Цзацзуань. Изречения китайских писателей IX-XIX вв. Перевод, предисловие и примечания И.Э.Циперович. М., «Наука», 1969. С. 3-23.
Цзацзуань 1969 - Цзацзуань. Изречения китайских писателей IX-XIX вв. Перевод, предисловие и примечания И.Э.Циперович. М., «Наука», 1969.
Чернышевский 1987 - Чернышевский Н.Г. Что делать? М., «Правда», 1987.
 
На китайском языке:
Chen Gaomo - Chen Gaomo. Ban’an xiaozheng (Чэнь Гаомо. О смехе и смешном) // Wang Liqi. Lidai xiaohua ji. Shanghai, 1957.
Li Shangyin – Li Shangyin. Yi Shan zazuan (Ли Шан-инь. Цзацзуань И-Шаня) // Shuo fu. Б.м., б.г., кн. 76, т. 110.
Shuo fu. Tao Zongyi bian. (Шо фу. Собрание древних литературных произведений. Сост. Тао Цзун-и. Предисл. 1648 г.) Б.м., б.г.
Wang Liqi 1957 - Wang Liqi. Lidai xiaohua ji. Shanghai, Gudian wenxue chubanshe, 1957. (Ван Ли-ци. Сборник юмористических историй разных эпох. Шанхай, 1957).
Wang Zhi – Wang Zhi. Zazuan xu (Ван Чжи. Продолжение цзацзуань) // Shuo fu. Б.м., б.г., кн. 76, т. 110.
Xiehouyu cidian. Beijing, Beijing chubanshe, 1991. (Словарь недоговорок-иносказаний xiehouyu. Пекин, 1991).
Xiehouyu 100. 100 Chinese Two-Part Allegorical Sayings. Beijing, Sinolingua, 2000.
 
Ст. опубл.: Логический анализ языка: языковые механизмы комизма. М., Индрик,  2007. С. 531-540.


  1. Термин «цзацзуань» состоит из двух компонентов: цза  `пестрый’, `разнообразный’ + цзуань `составлять’, `компилировать’.
  2. По мнению И.Э.Циперович, жанровые аналоги цзацзуань существуют в японской средневековой литературе [Циперович 1969, 14-15]. Это, в частности, отрывки из «Записок у изголовья» японской писательницы Х-ХI вв. Сэй Сенагон [Сэй Сенагон 1935] и «Записок от скуки» японского писателя XIX в. Кэнко-хоси [см. Горегляд 1961, 86].
  3. Номера и формулировки значений глагола guo взяты из «Большого китайско-русского словаря» (БКРС), т. 4, с. 130-133.

Автор:
 

Новые публикации на Синологии.Ру

История основных историко-культурных зон Восточной Азии в Х–I тыс. до н.э. в первом томе «Истории Китая»: подходы и концепции
О статье Е.Ф. Баялиевой «Правовые аспекты обращения бумажных денег в юаньском Китае»
Частотный иероглифический словарь классических китайских текстов и его использование в тематическом и жанровом анализе
Дневники В.М. Алексеева в «Синологической картотеке» учёного
История перевода Нового Завета на китайский язык свт. Гурием Карповым


© Copyright 2009-2018. Использование материалов по согласованию с администрацией сайта.