Синология.Ру

Тематический раздел


Эволюция способов выражения грамматических категорий вида и времени в китайском языке

 
Начать следует с того, что в китайском языке нет грамматической категории времени, иными словами нет грамматических средств, однозначно выражающих прошедшее, настоящее или будущее время ситуации. Время ситуации в китайском языке с самой архаической эпохи выражается лексическими средствами, т.е. специальными наречными именами, среди которых прежде всего следует назвать 今 цзинь1 ‘ныне’ и 昔 си1 ‘в прошлом’[1]. Эти наречные имена появляются уже в надписях на гадательных костях иньской эпохи (XIII–XI вв. до н.э.). Наряду с ними в ту эпоху встречаются и другие лексические обозначения времени: например, 來 лай2 ‘грядущий’, 翌(羽) и4 с тем же значением и др. Отличие их от 今 цзинь1 и 昔 си1 заключается в том, что今 цзинь1 и 昔 си1 могут употребляться в предложении самостоятельно, в то время как來 лай2 и 翌(羽) и4 употребляются лишь в качестве определения к другому имени: например, 來日 лай2 жи4 ‘грядущий день’. За три с лишним тысячи лет такой способ обозначения времени не претерпел принципиальных изменений. 
 
Грамматическая категория вида глагола в древнекитайском языке также отсутствовала. Любопытно, что специальные лексические средства обозначения характера протекания действия (или состояния) появляются в древнекитайском языке несколько позже, чем средства обозначения времени: уже во времена Западной Чжоу (X–VIII вв. до н.э.). В эту эпоху в древнекитайских текстах появляются аспектуальные (видовые) наречия: 肈(肇) чжао4, обозначающее, что действие только началось и продолжается в определённый момент, 既 цзи4, обозначающее, что действие уже закончилось (или состояние изменилось) к определённому моменту, 將 цзян1, обозначающее, что действию на определённый момент лишь предстоит совершиться и т.д. Ключевым словосочетанием здесь является определённый говорящим момент, который может как совпадать с моментом речи (по умолчанию), так и не совпадать с ним. Если временная точка отсчёта в сообщении совпадает с моментом речи, то мы говорим об абсолютном времени. Если же нет, тогда мы говорим об относительном времени или таксисном значении. Так, например, ситуация с наречием 將 цзян1 чаще всего относится к будущему: 夫兵,猶火也,弗戢,將自焚也 Фу2 бин1, ю2 хо3 е3, фу2 цзи2, цзян1 цзы4 фэнь2 е3 ‘Война подобна огню: если его не загасить, то сам сгоришь’ (Цзо чжуань, 4-й год Инь-гуна). Однако возможны и случаи (и они не редки), когда вся ситуация с 將 цзян1 относится к прошедшему времени: 子曰:孟之反不伐,奔而殿,將入門,策其馬,曰:非敢後也,馬不進也 Цзы3 юэ1: Мэн4 чжи1 фань3 бу4 фа2, бэнь1 эр2 дянь4, цзян1 жу4 мэнь2, цэ4 ци2 ма3, юэ1: фэй1 гань3 хоу4 е3, ма3 бу4 цзинь4 е3 ‘Учитель сказал: «Мэн Чжифань не хвастался [своей доблестью]; когда его войско отступало, он находился позади; перед въездом в ворота, он подстегнул свою лошадь, говоря: „Это не я осмелился остаться позади, просто моя лошадь не шла вперёд“»’  (Лунь юй 6:14). Подобным же образом дело обстоит с наречием 既 цзи4. Обычно вся ситуация с этим наречием относится к прошедшему времени, но очень часто встречаются примеры, когда ситуация относится к настоящему или будущему времени: например, 既得之,患失之 Цзи4 дэ2 чжи1, хуань4 ши1 чжи1 ‘Достигнув своей цели, боятся потерять приобретённое’ (Лунь юй 17:15). Наречие既 цзи4 здесь выражает предшествование, но не прошедшее время.
 
Наречия 既 цзи4 и 將 цзян1 сохраняются в китайских текстах на протяжении всего классического (эпоха Чжаньго戰國, V – III вв. до н.э.) и постклассического (эпоха Хань 漢, II в. до н.э. – II в. н.э.) этапов развития древнекитайского языка. В текстах классического периода встречаются и другие видовые наречия, зачастую дублирующие функции уже существующих: например, 已 и3 (аналог 既 цзи4), 且 це3 (аналог 將 цзян1), 嘗 чан2, показывающий, что действие к моменту речи уже давно имело место и говорящего интересует сам факт этого действия, а не его результат, как в случае с既 цзи4 или已 и3.
 
Между дублирующими наречиями уже в постклассический и более поздний средневековый период разворачивается борьба, в результате которой один из вариантов (иногда старый, иногда новый) вытесняет остальные. Так, например, в текстах ханьской эпохи долгое время сосуществуют в одной и той же функции наречия 既 цзи4 и 已 и3. В доханьский период 已 и3 используется почти исключительно как конечная частица (такое употребление часто встречается в Лунь юе и Мэн-цзы), хотя уже в конце эпохи Чжаньго 已 и3 встречается и в рассматриваемой наречной функции (например, в Сюнь-цзы). Уже в Мэн-цзы встречается сочетание 既已 цзи4 и3 (правда, всего один раз), которое более широко распространяется в ханьскую и особенно постханьскую эпоху. А вот сочетание 已既 и3 цзи4 в китайской литературе почти не встречается: возможно, в силу общего фонетического правила, согласно которому в двуслогах такого типа слог с глухой инициалью предшествовал слогу со звонкой[2]. Позднее наречие 已 и3 вытесняет 既 цзи4 в функции показателя вида глагола. Иными словами, происходит процесс грамматической специализации, в ходе которого многозначные и дублирующие друг друга служебные и полуслужебные слова приобретают более узкие различающиеся значения.
 
Ещё одним способом выражения видовременных характеристик описываемого в сообщении действия (или ситуации) в древнекитайском языке было отрицательное наречие 未 вэй4, которое появляется только в классическом древнекитайском языке (эпоха Чжаньго V–III вв. до н.э.) и, в отличие от остальных отрицательных наречий, отрицает не просто факт совершения действия, но факт совершения действия к определённому моменту (в частности, к моменту речи). Также уже в текстах эпохи Чжаньго встречается сочетание 未嘗 вэй4 чан2 в значении ‘никогда не’, соотносимом с прошлым. В эпоху Хань и особенно Шести династий (六朝 Лючао, III–VI вв.) вместо 未嘗 вэй4 чан2 (а скорее вместе с ним) всё чаще употребляются сочетания 未曾 вэй4 цэн2 и даже 不曾 бу4 цэн2.
 
Обычное в современном китайском языке глагольное отрицание 没 мэй2 или 没有 мэй2 ю3, относящееся, как правило, к прошедшему времени (хотя имеющее и ряд других функций) начинает регулярно встречаться лишь в эпоху Цин (1644–1911) и при этом имеет ряд отличий от классического в данной функции отрицания 未 вэй4: во-первых, как уже упоминалось, отрицание 没有 мэй2 ю3 может относиться не только к прошедшему времени, но и к настоящему, если подразумевается длящееся состояние, что совершенно нехарактерно для 未 вэй4 (например, 今天市中心没有站着警察,大学生的游行可能没有了 Цзинь1тянь1 ши4 чжун1синь1 мэй2ю3 чжань4чжэ цзин3ча2, да4сюэ2шэн1дэ ю2син2 кэ3нэн2 мэй2ю3лэ ‘Сегодня в центре города нет полиции, студенческие демонстрации, наверное, закончились’); во-вторых, отрицание 未 вэй4 могло употребляться с модальными глаголами и глаголами не-действия, что, согласно нормативной грамматике современного китайского языка, невозможно для 没 мэй2 (没有 мэй2 ю3). Впрочем, в настоящее время эта норма в речи всё чаще нарушается, и 没 мэй2 употребляется и с модальными глаголами.
 
Столь характерный для современного китайского языка глагольный суффикс 了 лэ / ляо3 – показатель совершенного вида – появляется уже в текстах эпохи Тан (618–907): например, 二人辭了便進路,更行十里到永莊 Эр4 жэнь2 цы2 ляо3 бянь4 цзинь4 лу4, гэн4 син2 ши2 ли3 дао4 Юн3 чжуан1 ‘Двое распрощались и отправились в путь, прошли ещё десять ли и добрались до усадьбы Юна’ («Бяньвэнь о почтительном сыне Дун Юне» 董永行孝變文). В данном примере показатель 了 ляо3 уже очевидно потерял свои глагольные функции и грамматикализовался, указывая на предшествование действия 辭 цы2 ‘прощаться’ другому действию 進路 цзинь4 лу4 ‘отправиться в путь’. Несмотря на наличие таких примеров как в прозе, так и в поэзии танской эпохи, в этот период 了 ляо3 в такой функции встречается всё же ещё не регулярно. Кроме того, при наличии дополнения при глаголе, показатель 了 ляо3 ставится после дополнения: например, 作此語了,遂即南行 Цзо4 цы3 юй3 ляо3, суй4 цзи2 нань2 син2 ‘Сказав эти слова, [он] тотчас направился на юг’ («Бяньвэнь об У Цзысюе» 伍子胥變文). Это обстоятельство не позволяет нам рассматривать здесь了 ляо3 в качестве суффикса.
 
Слово 了 ляо3 в глагольном значении ‘заканчивать’ 迄 ци4 зафиксировано уже в словаре Гуанъя (нач. III в.) и достаточно часто встречается в текстах эпохи Цзинь (265–420), а изредка уже и в текстах позднеханьской эпохи (25–220): например, 人遠則難綏,事總則難了 Жэнь2 юань3 цзэ2 нань2 суй2, ши4 цзун3 цзэ2 нань2 ляо3 ‘Если люди далеко, их трудно умиротворить; если дела запутанны, их трудно завершить’ (Чжун Чантун 仲長統, «Правдивые слова» 昌言). Причём в этом значении слово 了 ляо3 стало встречаться несколько раньше, чем в более распространённом в эпоху Шести династий и Тан значении ‘понять’, ‘уяснить’ (омоним 憭 или 瞭).
 
В эпоху Сун (960–1279) 了 ляо3 всё чаще начинает использоваться именно как глагольный суффикс, предшествуя глагольному дополнению, хотя прежняя его позиция также встречается в сунских текстах: например, 使命曰:你是縣尉?劉備曰然。使命曰:殺了太守是你麽 Ши3мин4 юэ1: Ни3 ши4 сянь4вэй4? Лю2 Бэй4 юэ1 жань2. Ши3мин4 юэ1: Ша1ляо3 тай4шоу3 ши4 ни3 ма? ‘Посланник спросил: «Ты начальник уездной стражи?» Лю Бэй ответил утвердительно. Тогда посланник спросил: «Это ты убил губернатора?»’ («Сказ о Троецарствии» 三國志平話, цз.1); 張飛督郵邊胸,打了一百大棒,身死 Чжан1 Фэй1 бянь4 Ду1 Ю2 бянь1сюн1, да3ляо3 и1 бай3 да4 бан4, шэнь1 сы3 ‘Чжан Фэй нанёс Ду Ю сотню сильных ударов палкой в грудь, и тот умер’ (там же). По смыслу глагольный суффикс 了 ляо3 сближается с омонимичной конечной частицей с той разницей, что суффикс обозначает результат действия, в то время как конечная частица обозначает изменение ситуации в целом: например, 老太尉一家老小皆被曹操使人殺了 Лао3 тай4вэй4 и1 цзя1 лао3 сяо3 цзе1 бэй4 Цао2 Цао1 ши3 жэнь2 ша1 ляо3 ‘Все члены семьи старого начальника военного ведомства от мала до велика были убиты по приказу Цао Цао’ (там же, цз. 3). Начиная с эпохи Сун, конечная частица 了 ляо3 вытесняет в разговорном стиле более раннюю частицу 矣 и3 с тем же значением, хотя в искусственно архаизированном высоком стиле частица 矣 и3 продолжала встречаться.
 
Конечная частица 矣 и3 (как и частицы 也е3 и 哉 цзай1) начинает употребляться в древнекитайском языке эпохи Чуньцю (VIII–V вв. до н.э.). В Шан шу она встречается по крайней мере семь раз, выполняя главным образом восклицательные функции. Например, в главе Ли чжэн 立政 («Установление правления») Чжоу-гун, обращаясь к Чэн-вану, говорит: 拜手稽首,告嗣天子王矣 Бай4 шоу3 ци3 шоу3, гао4 сы4 тянь1цзы3 ван2 и3 ‘Бью челом и докладываю вану, унаследовавшему престол Сына Неба!’ Впоследствии частица 矣 и3 приобрела характерное значение, противопоставленное значению частицы 也 е3 (эти две частицы названы в грамматике Ма Цзяньчжуна 傳信助字 чуань2 синь4 чжу4 цзы4 ‘утвердительные вспомогательные знаки’ в противоположность остальным, названным 傳疑助字 чуань2 и2 чжу4 цзы4 ‘вопросительными вспомогательными знаками’). Если也 е3 представляла собой т.н. ‘статичную’ частицу, относящуюся к некому состоянию, то 矣 и3 была ‘динамичной’ частицей, относящейся к процессу. Иными словами, высказывания с 也 е3 в конце констатировали некую ситуацию, в то время как высказывания с 矣 и3 подразумевали преобразование этой ситуации как результат некоего процесса (в том числе умственного, т.е. вывод, следующий из рассуждения). В этом смысле частицу 矣 и3 тоже можно рассматривать как своеобразный показатель совершенного вида в древнекитайском языке, имея в виду то обстоятельство, что конечные частицы вообще, и частица 矣 и3 в частности, относились ко всему предложению в целом, а не только к глаголу, как позднейшие глагольные суффиксы или видовые наречия. Вот несколько примеров употребления частицы 矣 и3: 溫故而知新,可以為師矣 Вэнь1 гу4 эр2 чжи1 синь1, кэ3 и3 вэй2 ши1 и3 ‘Повторяя изученное и узнавая новое, можно стать наставником’ (Лунь юй 2:11); 文獻不足故也,足則吾能徵之矣 Вэнь3 сянь4 бу4 цзу2 гу4 е3, цзу2 цзэ2 у2 нэн2 чжэн1 чжи1 и3 ‘Причина в том, что письменных текстов недостаточно; если бы их было достаточно, я смог бы привести их в качестве доказательства этого’(Лунь юй 3:9); 起予者商也,始可與言詩已矣 Ци3 юй3 чжэ3 Шан1 е3, ши3 кэ3 юй3 янь2 Ши1 и3 и3 ‘Мои слова уразумел Шан, теперь можно с ним говорить о «Книге стихов»’ (Лунь юй 3:8).
 
Ещё одним распространённым глагольным суффиксом, выражающим длящееся состояние, является суффикс 着 чжэ, этимологически восходящий к знаку 著 чжо2 со значением ‘касаться’, ‘соприкасаться’. В этом значении этот знак используется и поныне, например, в слове 着手 чжо2шоу3 ‘брать за’, ‘приступать’. У знака 著 чжо2 есть и другое чтение чжу4, соответствующее другому значению – ‘очевидный’, ‘ясный’. До эпохи Хань включительно этот знак используется в различных своих значениях исключительно как самостоятельное слово – главным образом, как глагол или прилагательное. К концу Поздней Хань и особенно в эпоху Шести династий знак 著 чжо2 уже начинает приобретать служебные функции, присоединяясь к глаголам перед обстоятельством места и обозначая помещение какого-то объекта в это место: например, 長文尚小,載著車中 Чан2 вэнь2 шан4 сяо3, цзай4 чжо2 цзюй1 чжун1 ‘Чанвэнь был ещё маленьким, и его положили в телегу’ («Новое изложение ходящих в народе рассказов» 世說新語: «Добродетельные поступки» 德行). В этом примере, как и во многих других примерах той эпохи, знак 著 чжо2 выполняет функцию, схожую с функцией знака 在 цзай4 в современном языке: например, в слове 放在 фан4цзай‘ положить [куда-то]’.
 
К эпохе Тан значение и грамматические функции 著 чжо2 несколько меняются. Теперь глаголы с著 чжо2 уже могут принимать после себя прямое дополнение: например, 方響聞時夜已深,聲聲敲著客愁心 Фан1сян3 вэнь2 ши2 е4 и3 шэнь1, шэн1 шэн1 цяо1 чжо2 кэ4 чоу2 синь1 ‘Когда услышал фансян, была уже глубокая ночь; звуки его ударили в скорбящее сердце странника’ (Юн Тао, стихотворение «Ночью услышал фансян» 夜聞方響[3]); 想得家中夜深坐,還應說著遠行人 Сян3 дэ2 цзя1 чжун1 е4 шэнь1 цзо4, хай2 ин1 шо1 чжо2 юань3 син2 жэнь2 ‘Думаю о том, как домашние глубокой ночью сидят и непременно о далёком путнике заговорят’ (Бо Цзюйи, стихотворение «Ночные мысли о доме в Ханьдане глубокой зимой» 邯鄲冬至夜家思). Функция 著 чжо2 здесь уже сближается с функцией глагольного модификатора 到 дао4 в современном языке в таких примерах, как 想到 сян3дао4 ‘подумать [о чём-либо]’, 说到 шо1дао4 ‘заговорить [о чём-либо]’.
 
В эпоху Сун глагольный модификатор 著 чжо2 широко используется в двух функциях: как показатель длящегося действия или состояния, а также как показатель совершенного вида: 又自指著心曰:這裏不可欺也 Ю4 цзы4 чжи3чжо2 синь1 юэ1: чжэ4ли3 бу4 кэ3 ци1 е3 ‘И указывая на собственное сердце, сказала: «Его нельзя обмануть»’ («Сказ об истории пяти династий» 五代史平話: «История Цзинь» 晉史); 若不實說,便殺著你 Жо4 бу4 ши2 шо1, бянь4 ша1чжо2 ни3 ‘Если ты говоришь неправду, я тебя убью’ («Сказ о Троецарствии», цз.2). В первом примере 指著 чжи3чжо2, очевидно, передаёт действие, сопутствующее главному, обозначенному глаголом 曰 юэ1 ‘говорить’, следовательно, это действие длительное. Во втором же примере сама семантика глагола 殺 ша1 ‘убивать’ предполагает одномоментное действие.
 
Обе указанные функции модификатора 著 чжо2 сохранились за ним на протяжении последующих исторических эпох вплоть до настоящего времени. Причём в современном китайском языке для каждой из этих функций (грамматических значений) используется своё чтение: редуцированное чтение чжэ для показателя длящегося действия или состояния (например, 墙上挂着图片 Цян2шан гуа4чжэ ту2пянь4 ‘На стене висит изображение’, 他坐者看书 Та1 цзо4чжэ кань4 шу1 ‘Он сидя читает книгу’) и чтение чжао2 для показателя совершенного вида (睡着 шуй4чжао2 ‘заснуть’, 烫着 тан4чжао2 ‘обварить’). Чтение чжао2 представляет собой старое пекинское чтение и соотносится с чтением чжо2, как локальное (白读 бай2ду2) с литературным (文读 вэнь2ду2). Здесь следует добавить, что модификатор 着 чжао2 едва ли можно рассматривать как формообразующий суффикс, т.к. он может употребляться и самостоятельно: т.е. по-китайски можно сказать 他睡着了 Та1 шуй4чжао2лэ ‘Он заснул’, но ту же мысль можно выразить и проще – 他着了 Та1 чжао2лэ. Очевидно, что данный модификатор сродни таким результативным модификаторам (показателям совершенного вида), как 到 дао4 (ср. 买 май3 ‘покупать’ и 买到 май3дао4 ‘купить’), 住 чжу4 (记 цзи4 ‘помнить’ и 记住 цзи4чжу4 ‘запомнить’), 好 хао3 (翻译 фань1и4 ‘переводить’  и 翻译好 фань1и4хао3 ‘перевести’) и др. Все эти модификаторы, присоединяясь к глаголам, передают грамматическое значение результативности (или совершенного вида), но сохраняют способность употребляться самостоятельно и нередуцированное чтение с тоном. Кроме того, как видно из приведённых примеров, результативные модификаторы (в том числе 着 чжао2) могут сочетаться с суффиксом совершенного вида 了 лэ или суффиксом неопределённого прошедшего времени 过 го.
 
Суффикс 过 го восходит к глаголу го4 со значением ‘переходить’. Это единственный глагольный суффикс современного китайского языка, который можно назвать временны́м, т.к. действие глагола, оформленного этим суффиксом, в подавляющем большинстве случаев относится к прошедшему времени. Собственно, наличие этого суффикса указывает на интерес говорящего к самому факту того, что действие (или состояние) имело место когда-либо в прошлом (или, в отрицательном предложении, не имело места никогда в прошлом): сравните, например, 他当了老师 Та1 дан1лэ лао3ши1 ‘Он стал учителем’ и 他当过老师 Та1 дан1го лао3ши1 ‘Он [когда-то] был учителем’; 他没去北京 Та1 мэй2 цюй4 Бэй3цзин1 ‘Он не поехал в Пекин’, 他没去过北京 Та1 мэй2 цюй4го Бэй3цзин1 ‘Он [никогда] не ездил в Пекин’.
 
Примеры грамматикализации глагола 过 го4 можно обнаружить уже в текстах эпохи Тан. В эпоху Сун эти примеры становятся более многочисленными. Однако过 го4 в них исполняет несколько иную функцию, сходную с функциями иных глагольных модификаторов: например, 看過了後,無時無候,又把起來思量一遍 Кань4го4ляо3 хоу4, у2 ши2 у2 хоу4, ю4 ба3 ци3лай2 сы1лян и1 бянь4 ‘Прочитав, не теряя времени, принимайся за размышление [о прочитанном]’ («Выдержки из цитат учителя Чжу по категориям» 朱子語類輯略, цз. 5). Здесь 過 го4 явно является глагольным модификатором совершенного вида. Такую же функцию, к слову, может выполнять в ряде случаев и модификатор 了 ляо3 (например, 受不了шоу4бу4ляо3 ‘не в состоянии вынести’, 办得了 бань4дэ ляо3 ‘возможно сделать’). Ещё пример: 如欲理會道理,理會不得,便掉過三五日,半月日,不當事 Жу2 юй4 ли3хуй4 дао4ли3, ли3хуй4 бу4дэ2, бянь4 дяо4го4 сань1у3 жи4, бань4юэ4 жи4, бу4дан4 ши4 ‘Если хочешь понять основания [вещей], но не можешь, и теряешь (досл. потерял) три-пять дней, полмесяца, то это неправильно’ (там же, цз. 5).
 
Итак, служебная морфема 过 го4 может выполнять различные функции: 1) суффикс неопределённого прошедшего времени; 2) суффикс совершенного вида (в этой функции он аналогичен суффиксу 了 лэ и нередко с ним сочетается) и 3) глагольный модификатор (например, 花过钱 хуа1го4 цянь2 ‘перерасходовать деньги’). Кроме того, присоединяясь к прилагательному, морфема 过 го4 может преобразовывать его в глагол со значением ‘превосходить [в этом качестве]’: например, 飞机快过火车 Фэй1цзи1 куай4го4 хо3чэ1 ‘Самолёт по скорости превосходит поезд’. Здесь по значению过 го4 сближается с глагольным модификатором.
 
Кроме указанных видо-временных суффиксов и модификаторов, в современном китайском языке существует ряд других, указывающих на иной характер протекания действия: например, модификатор 起来 цилай, указывающий на начало действия (например, 哭起来 ку1цилай ‘расплакаться’), модификатор 下去 сяцюй, указывающий на продолжение действия (например, 做下去 цзо4сяцюй ‘продолжать делать’) и т.д. Сочетание  起来 цилай, как и другие модификаторы, восходит к глаголу со значением ‘вставать, подниматься’ и именно как модификатор начинает употребляться довольно поздно – уже в эпоху Мин (1368–1644). Примеров такого употребления довольно много в таких популярных минских романах на байхуа, как «Речные заводи» и «Путешествие на Запад». Модификатор下去 сяцюй в этой функции начинает встречаться в текстах позже других. Впервые примеры такого рода появляются на страницах романа XIX в. «Героическая молодёжь» (兒女英雄傳): 便靜靜兒的聽他唱下去 Бянь4 цзин4цзир4дэ тин1 та1 чан4сяцюй ‘И тихо слушал, как она пела (досл. продолжала петь)’.
 
Всё вышесказанное позволяет констатировать несколько тенденций в развитии способов выражения вида и времени в китайском языке. Во-первых, с течением времени происходит переход от контекстного определения времени и характера протекания действия, обозначенного глаголом, к фиксации его посредством соответствующих грамматических средств – суффиксов и модификаторов. Причём на начальном этапе возникающие модификаторы способны передавать различные грамматические значения, как это было показано на примерах 着 чжэ/чжо2 и 过 го4. Впоследствии происходит их дальнейшая грамматикализация (т.е. преобразование в настоящие глагольные суффиксы) и специализация. При этом несколько снижается грамматическая нагрузка на приглагольные наречия – такие, например, как 曾 цэн2 (曾经 цэн2цзин1). В предложении 听说你曾经来过中国 Тин1шо1 ни3 цэн2цзин1 лай2го Чжун1го2 ‘Я слышал, что ты уже бывал в Китае’ наречие 曾经 цэн2цзин1 ‘некогда’ по своим функциям дублирует суффикс 过 го и фактически является избыточным. 
 
Во-вторых, многие глагольные модификаторы этимологически восходят к направительным глаголам: 过 го4 ‘переходить’, 起来 ци3лай2 ‘подниматься’, 下去 ся4цюй4 ‘спускаться’. На такую же закономерность применительно к тангутскому языку в своей «Грамматике» обратила внимание К. Кепинг [4]. Это позволяет сделать предположение о существовании общих закономерностей в развитии глагольной морфологии сино-тибетских языков. Впрочем, такое предположение требует дальнейшей проверки на примере других языков этой семьи[4].
 
Литература
  1. Ма Цзяньчжун 馬建忠. Ма ши вэньтун 馬氏文通. Шанхай, 1898.
  2. Ван Ли 王力. Ханьюй юйфа ши 汉语语法史 (Историческая грамматика китайского языка). Пекин, 1989.
  3. Зограф И.Т. Среднекитайский язык. Становление и тенденции развития. Москва: ГРВЛ, 1979.
  4. Кепинг К.Б. Тангутский язык. Морфология. Москва: ГРВЛ, 1985.
  5. Крюков М.В., Хуан Шу-ин. Древнекитайский язык. Москва: ГРВЛ, 1978.
  6. Яхонтов С.Е. Древнекитайский язык. Москва: ГРВЛ, 1965.
 
Ст. опубл.: Общество и государство в Китае: Т. XLIII, ч. 2 / Редколл.: А.И. Кобзев и др. – М.: Федеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт востоковедения Российской академии наук (ИВ РАН), 2013. – 487 стр. (Ученые записки ИВ РАН. Отдела Китая. Вып. 9 / Редколл.: А.И.Кобзев и др.). С. 106-114.


  1. Для простоты и удобства в статье приводятся современные стандартные чтения иероглифов, но следует иметь в виду, что в предшествующие эпохи эти чтения существенно отличались.
  2. В древне- и среднекитайском языке слог 既 начинался с глухой инициали [k-], а слог 已 – со звонкой инициали [l-] или [ź-].
  3. Фансян 方響 – ударный музыкальный инструмент с подвесными медными пластинами типа гонга.
  4. Примеры к статье взяты в основном из [2], электронного ресурса “Chinese Text Project”  и электронного ресурса 《中國古籍全錄》 Чжунго гуцзи цюаньлу.

Автор:
 

Новые публикации на Синологии.Ру

Анализ русского перевода танской поэзии в герменевтическом аспекте Дж. Стайнера (на примере цзюэ-цзюй Бо Цзюй-и)
Поздравление Юрия Владимировича Чудодеева с 90-летним юбилеем
Особенности перевода на китайский язык некоторых терминов русской религиозной философии в XXI в.
Визуальное оперирование письменными знаками в китайской культуре: от традиции к кибер-культуре
Многозначность как способ создания нелинейного текста в китайской языковой культуре


© Copyright 2009-2021. Использование материалов по согласованию с администрацией сайта.