Геология и смежные науки

 
В литературе эпох Сражающихся царств и Ранней Хань при упоминании горы Куньлунь обязательно говорится о лю ша («перемещающиеся пески», т.е. зыбучие пески, или плывуны) и о жо шуй («слабая вода»), которые находятся на далеком западе или северо-западе. Как выяснилось позже, с подобными явлениями можно столкнуться и на территории Китая. О «зыбучих песках» (нао ша) писал Шэнь Ко в «Мэнси би тань» («Записки из Мэнси»), отмечая, что на переправе на р. Удинхэ есть места с «подвижным песком» (хо ша), где вязли люди и кони. Феномен «пения песков» также упомянут в китайских текстах. О нем говорится в связи с дюнами, окружающими храм и озеро Юэ-я-цюань, которые находятся в нескольких километрах к западу от Дуньхуана.
 
Так как в Китае никогда не было вулканов, вся информация о них пришла извне и была достаточно скудна. Первое упоминание о вулканах относится к III в. С другой стороны, в Китае имеется много горячих источников, и в танскую эпоху Сюй Цзянь в энциклопедическом сочинении «Чу сюэ цзи» («Записки о введении в учение») отметил, что, если ручей обладает серным запахом, его родник, вероятно, будет теплым или горячим. В эпоху Сун предполагалось, что теплота горячих источников вызвана подземным горением квасцов и серы.
 
Палеонтология
 
Приоритет в обнаружении окаменелостей принадлежит древним грекам, которые, начиная с Ксенофана Колофонского (VI в. до н.э.), говорили о раковинах, отпечатках рыб и других морских организмов, находимых в глубине материка и в горах. Однако в средневековой Европе палеонтология никак не развивалась. Китайцы познакомились с окаменелостями несколько позже греков, в эпоху Хань, но в дальнейшем поддерживали знание о них на достаточно высоком уровне.
 
Китайцы внесли значительный вклад в начала палеоботаники. Знание об окаменелых соснах, возможно, восходит к III в., так как некоторые энциклопедии ссылаются на написанный в кон. III в. Чжан Хуа «Трактат обо всех вещах» («Бо у чжи»), где говорится, что все деревья превращаются в камень через три тысячи лет. Позднее этот вопрос вызывал большой интерес в разных кругах интеллектуалов. В 767 живописец Би Хун создал известную фреску, изображающую окаменелые сосны, а в начале X в. даос и ученый Лу Гуй-мэн написал две поэмы о них.
 
В эпоху Сун было сделано наблюдение, что только часть ствола дерева может окаменеть. В «Мо кэ хуй си» («Помахивание мухогонкой ученым гостем», ок. 1080) Пэн Чэн указал, что «в Хушани имеются стволы деревьев несколько метров в длину, половина которых превратилась в камень, а половина все еще остается твердой древесиной».
 
Шэнь Ко упоминал окаменелые растения. В «Мэнси би тань» («Записки из Мэнси») он пишет, что ок. 1080 был оползень на берегу большой реки в местечке Юннингуань около Яньчжоу. Когда берег обрушился, обнажая подземный участок глубиной 10 чи [1], там «обнаружился целый лес бамбуковых побегов (чжу сунь) – около сотни», которые целиком «с корнями и стволами были превращены (хуа [1]) в камень».
 
Возможно, уже в IV в. в Китае были идентифицированы как окаменелости представители вымершей разновидности брахиоподов (плеченогих), распознанной в Европе в 1853 и названной спириферой. Эти морские животные имели двустворчатые раковины длиной около 10 см, которые напоминали распростертые крылья птиц. Поэтому китайцы называли их ши янь – «каменные ласточки». С VI в. они включались в фармакопеи. Например, их изображение имеется в 52-томном труде «Бэнь цао ган му» («Основные положения о корнях и травах»), написанном Ли Ши-чжэнем в 1578 и опубликованном в 1596 после смерти автора. В качестве медикамента ши янь растворяли в уксусе. Традиционная китайская диета всегда была бедна кальцием (вследствие отсутствия продуктов из молока) и, возможно, ши янь применялись для восполнения этой недостачи. В «Бэнь цао ган му» окаменелости предписываются для лечения зубных и других болезней, возникающих, как сейчас известно, из-за низкого содержания кальция в организме.
 
По определению одного из текстов середины эпохи Шести династий, ши янь – это «каменные устрицы, которые напоминают ласточек». Начиная с этой эпохи существовало поверье, что «во время гроз ши янь летали, как будто были реальными ласточками». В XII в. сунский ученый Ду Вань решил опровергнуть данное заблуждение, для чего поднялся на высокий утес, где нашел участок откоса из каменистой породы, в котором торчало множество телец ши янь. Ду Вань пометил некоторые из них несмываемой краской и вернулся домой. После сильнейшего дождя с грозой он вновь пошел посмотреть на них. Оказалось, что многие из помеченных им «каменных ласточек» вывалились из своих прежних ячеек и лежали рядом на земле. Из этого Ду Вань сделал заключение, что жара и холод привели к тому, что камни откоса потрескались, а затем выветрились. Поэтому ши янь при сильном ветре не могли в них более удерживаться и падали вниз, а кто-то в древности видел это и подумал, что они летают, но «в действительности они не могут летать».
 
Помимо ши янь китайцам было известно множество окаменелых беспозвоночных, таких как ши шэ – «каменные змеи», ши се – «каменные крабы», ши бянь фу – «каменные летучие мыши» (трилобиты, названные так из-за подобия крыльям летучих мышей) и проч.
 
Китайцы также интересовались окаменелыми и частично окаменелыми позвоночными – рыбами, рептилиями и млекопитающими. Первое упоминание каменных рыб содержится в комментарии «Шуй цзин чжу» («Комментарий к “Канону рек”»), написанном в нач. VI в. Ли Дао-юанем. В труде Ду Ваня «Юнь-линь ши пу» («Реестр камней [отшельника] Юнь-линя», 1133) не только описываются окаменелости, которые «являются все настолько совершенными, что кажутся нарисованными чернилами», но и указываются точное местоположение и глубина геологических слоев, в которых они были найдены. Кости и зубы окаменелых позвоночных с древности считались лечебными средствами и назывались соответственно «костями дракона» (лун гу) и «зубами дракона» (лун я). Эти названия показывают, что окаменелости рассматривались как останки животных, умерших очень давно, когда, согласно легендам, жили драконы. С эпохи Хань китайцы были знакомы с янтарем. В «Книге об [эпохе] Хань» («Хань шу») говорится, что тогда янтарь доставлялся в Китай из Цзибинь (Гандхара – древнее название северо-западной области Пакистана) и Айлао (область Шань на севере Бирмы). Янтарь из Бирмы поступал в Китай и в последующие времена. Одним из первых упомянул янтарь Ван Чун, который называл его дунь моу, что, вероятно, является заимствованием из какого-то диалекта бирманского языка. Обычный же термин для янтаря – ху по. Около 510 алхимик Тао Хун-цзин (456–536) в «Мин и бе лу» («Особые записи известных врачей») писал, что янтарь – это затвердевшая смола ели, которая пролежала в земле тысячи лет и в которую когда-то попали встречающиеся в ней насекомые. Он добавлял, что можно сделать искусственный янтарь, нагревая смесь из черной икры и содержимого куриного яйца. Однако искусственный янтарь, в отличие от настоящего, не притягивает семена горчицы, если его потереть ладонью.
 
Источники по минералогии
 
С древних времен китайцам были знакомы многие минералы, использовавшиеся ими в самых различных областях хозяйственной деятельности. В эпоху Сражающихся царств стали появляться сочинения, содержащие сведения по минералогии (куанъу-сюэ). Это, прежде всего, «Юй гун» («Деяния Юя») из «Шу цзина» («Канон [исторических] писаний»), «Гуань-цзы» («[Трактат] учителя Гуаня») и «Шань хай цзин» («Канон гор и морей»). В последнем сообщается о нескольких десятках металлов, камней или видов глины с указанием их месторождений. Правда, не все термины поддаются точной идентификации. Важную информацию о минералах содержит «Цзи Ни-цзы» («[Трактат] учителя Цзи Ни», IV в. до н.э. ?), где приведен список из 24 минеральных веществ, большая часть которых перекочевала в последующие сочинения.
 
Минералогическая тематика представлена в целом ряде составленных от Хань до Цин фармакопей, включающих в свои названия термин бэнь цао – «корни и травы». Это приблизительно две сотни достаточно объемных трудов. В основном они посвящены описанию растений и растительных снадобий, но в них также говорится о минеральных лекарствах и самих минералах. Часто описываются их фармацевтические и физико-химические свойства, а также указываются месторождения и методы добычи. Широкое применение минеральных лекарств является специфической особенностью традиционной фармакологии в Китае. Напротив, в средневековой Европе бытовало предубеждение против использования минеральных лекарств, шедшее от римского врача Галена (129–199) и преодоленное только в XVI в.
 
Самой старой фармакопеей является «Шэнь-нун бэнь цао цзин» («Канон Шэнь-нуна о корнях и травах»), предположительно написанный во II–I вв. до н.э. и к настоящему времени утраченный. Однако его содержание полностью включено в другие фармакопеи. В «Шэнь-нун бэнь цао цзине» было описано 46 неорганических медикаментозных веществ.