Синология.Ру

Синология.Ру

Тематический раздел


Соединенное Королевство и КНР в XXI веке

 
 
В начале XXI века в сфере британской азиатской политики произошло несколько значимых событий. В частности, в 2005 г. Соединённое Королевство присоединилось к Парижской декларации, выделившей пять принципов финансового сотрудничества с развивающимися странами: процесс развития полностью в руках государств-партнёров[1]; расстановка приоритетов финансирующими сторонами; сбалансированность финансовой поддержки; взаимная ответственность финансирующих сторон и государств-партнёров. В 2006 г. в Лондоне на международной конференции «Азия 2015» Тони Блэр заявил, что согласно ожиданиям, финансовая помощь Азии с 2005 по 2008 гг. должна вырасти на 25%. В 2007 г. Соединённое Королевство подписало соглашение о 10-летнем сотрудничестве с Афганистаном, Пакистаном и Вьетнамом.
 
На сайте британского посольства в Японии в разделе «Международное развитие», говорится о том, что после Второй мировой войны была создана новая система международных институтов. Однако вызовы, с которыми пришлось столкнуться западным державам в XXI в., отличаются от тех, которые существовали в середине XX века: «Соединённое Королевство работает над системой международного развития, которая направлена на повышение эффективности оказываемой помощи» [4], «торговля, капитал, население, информация и культура становятся более глобальны и мобильны. Это открывает важные рынки для британских товаров и услуг» [5].
 
На сегодняшний день многие вопросы, касающиеся международных отношений и распределения мировых финансовых потоков, неразрывно связаны с Китайской Народной Республикой, т.к. эта страна обладает огромными денежными резервами, самым многочисленным населением, а её экономика динамично развивается, что заставляет ведущие европейские государства, в том числе и Соединенное Королевство, пересмотреть своё отношение к данной стране. В начале 2008 г., в момент обострения сепаратистских настроений в Тибете, свой план развития отношений в Китаем опубликовала Шотландия [2]. В январе 2009 г., впервые за всю историю англо-китайских отношений, Великобритания опубликовала тезисы своей стратегической политики в отношении Китая [3]. В своем  вступительном слове занимавший в то время пост министра иностранных дел Соединенного Королевства Д. Милибэнд, заявил в начале 2009 г.: «Мы никогда ранее не решали вопросы, связанные с нашей политикой в Китае, публично и этим документом намерены начать более широкую дискуссию». Сопоставление этих двух стратегий и их анализ позволяет сделать некоторые выводы как о современном состоянии дел в самой Британии, так и о существующих тенденциях развития в связи с появлением нового сильного игрока на политической карте мира – КНР, и её роли на международной арене.
 
Сначала скажем несколько слов про план Шотландии в отношении Китая. В данном плане отражены три основных аспекта современного состояния Шотландии. Прежде всего, это её экономическое положение в условиях мирового финансового кризиса. Принятый незадолго до его начала план представляет собой часть антикризисной программы. Первая задача заключается в том, чтобы представители нового поколения шотландцев имели базовое владение китайским языком, для чего его преподавание с 2008 г. вводится в начальных школах Шотландии. Шотландцы должны учиться уважать китайскую культуру и традиции, чему должны способствовать образовательные программы на уровне среднего и высшего образования, распространение институтов Конфуция[2] в Шотландии и т.д. Вторая задача состоит в том, чтобы привлечь в Шотландию жителей КНР, которые будут там учиться и работать и станут потребителями шотландской продукции, что будет содействовать росту ВВП в этой части Соединённого Королевства, и к 2017 г. выведет Шотландию по показателям ВВП на уровень малых независимых государств ЕС, ликвидировать разрыв между самыми бедными и благополучными районами Шотландии и повысив в целом уровень жизни ее населения. Росту ВВП должно способствовать и выполнение третьей задачи, а именно – развитие сферы туризма на китайском направлении. В 2007 г. специально для этого был создан сайт www.scotsagent.com на китайском языке. Более того, несмотря на прогнозы журнала «Нью Стейтсмен» о том, что к 2050 г. численность населения в Соединённом Королевстве вырастет на 27% [1], правительство Шотландии предвидит демографический спад и планирует избежать его за счёт притока населения из КНР.
 
Второй аспект шотландского плана касается развития её международных связей, где также большое внимание уделяется Китаю. Шотландия готова сотрудничать с КНР в области низкоуглеродистых технологий использования возобновляемых источников энергии и наук о жизни. Китай заинтересован в развитии генной инженерии, особенно после столь нашумевшей новости о клонировании овечки Долли в Рослинском институте в Шотландии. Шотландия даже претендует на роль посредника между Соединённым Королевством и КНР.
 
В-третьих, в контексте предстоящего в конце 2010 г. референдума о независимости Шотландии указанная стратегия пропитана идеей о том, что Шотландия – стремящееся к независимости, самостоятельное государство. Из текста плана очевидно, что Шотландия видит в Китае своего союзника. Однако нужно учитывать, что в перспективе, какими бы хорошими ни были отношения между Шотландией и Китаем, Китай скорее негативно отнесётся к её сепаратистским настроениям, как и к лозунгам Шотландии о защите прав человека в Китае под эгидой такой организации, как Международная амнистия[3].
 
Теперь несколько слов о британской стратегии в отношении Китая. Отметим, что 2009 г. был знаменателен для Китая. В этом году КНР отмечал 60-летний юбилей со дня основания Коммунистической партии Китая и 60 лет со дня присоединения Синьцзяна к КНР. В 2009 г. исполнилось 50 лет со дня Тибетского народного восстания[4], 10 лет со дня возвращения Аомэня под юрисдикцию Китая и успешного проведения в отношении Аомэня курса «одно государство, два строя» [6]. Появлению британской стратегии отчасти способствовал мировой экономический кризис, с одной стороны, и колоссальный экономический рост КНР, с другой.
 
В отличие от шотландской, британская стратегия носит не столько экономический, сколько политический характер. У этих двух стратегий есть общее: в обеих говорится о предстоящей выставке «Шанхай Экспо-2010», о правах человека, сотрудничестве с Китаем, изучении китайского языка и программах обмена в сфере образования между Соединённым Королевством и КНР. Британскую стратегию можно разделить на два блока. Суть первого сводится к тому, по каким направлениям следует оказывать помощь Китаю. Суть второго заключается в том, какие требования Соединённое Королевство должно предъявлять  к Китаю в ближайшее время и в долгосрочной перспективе за оказание этой помощи.
 
В чём же Британии следует помогать Китаю? Прежде всего, необходимо оказывать содействие в управлении рисками, связанными с его стремительным развитием и всё возрастающим экономическим разрывом между КНР и развитыми странами. То есть речь идёт о ликвидации экономического дисбаланса. Подтверждение этого находим в статье заместителя начальника Центра исследования развития при Госсовете КНР Лю Шицзинь «Как долго может сохраняться “китайская скорость”?» от 23 декабря 2009 г. в газете Жэньмин жибао. Автор акцентирует внимание на том, что высокая динамика развития Китая будет наблюдаться в течение последующих 10 лет, после чего прекратится, и «некоторые проблемы будет трудно скрыть». Лю Шицзинь пишет: «В нашей стране денежная политика не ослаблена, но в то же время количество кредитов резко возросло. Это… большая проблема всего механизма диверсификации рисков» [7].
 
Британия намерена содействовать введению Китая в «глобальное управление». Правительство Соединённого Королевства заявляет, что готово помочь Пекину в достижении не только экономического, но и политического лидерства в азиатском регионе. Внимание уделяется существующим в Китае проблемам, связанным со здравоохранением, миграцией населения, с потребностями Китая в природных ресурсах, развитием наукоёмкого производства и особых зон, в которых представлены интересы ЕС. В заключении говорится о необходимости изучать китайский язык в британских школах, колледжах, университетах для лучшего понимания культуры и традиций Китая.
 
С точки зрения британских политиков Китай в первую очередь необходимо рассматривать как рынок для экспорта британских товаров. В связи с этим необходимо внушить китайцам и китайскому правительству идею о том, что Соединённое Королевство является мировым центром, а Лондон может стать в перспективе центром китайских инвестиций и местом хранения внешних резервов КНР. Аналогичные заявления мы можем увидеть и в отношении Японии. В конце 2009 г. лорд-мэр Лондона, Николас Джон Энсти, посетил с визитом 23 страны и 43 города США, ЕС, Ближнего Востока, Африки. В конце мая 2010 г. он нанес трехдневный визит в Японию. 28 мая 2010 г. лорд-мэр Лондона произнес речь о взаимоотношениях Соединенного Королевства и Японии в японском Институте по исследованию социальных и экономических вопросов (Keizai Koho Centre), отметив, что в Лондоне нет барьеров для иностранной собственности или инвестиций. Так, если говорить о районе Сити, то 28% в нем принадлежит японским, немецким, американским и ирландским инвесторам. В Великобритании легче, чем в других государствах Европы создать и вести бизнес и необходимо стимулировать рост инвестиций для существующего дефицита бюджета [8]. В январе 2008 г. в Китае Лондонская фондовая биржа открыла своё представительство вслед за Нью-Йоркской биржей и американской НАСДАК [9]. В Лондоне же около 100 китайских компаний участвуют в биржевых операциях.
 
За предложенную Китаю помощь правительство Соединённого Королевства выдвигает в своей стратегии ряд требований. Прежде всего, китайское общество, бюджет и политика должны стать более открытыми для диалога с западными странами. В целях достижения необходимого уровня открытости от Китая требуется сократить свои ядерные вооружения в восточноазиатском регионе, а также активно поддерживать программу по борьбе с терроризмом. Британская стратегия обращает внимание общественности на то, что Китай до сих пор не ратифицировал из-за разногласий с Тайванем Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г., подписанный им еще в 1998 г.
 
За последние годы в Китае произошли некоторые сдвиги в сторону демократизации страны. В определенной степени это было связано с требованием западных стран ввести запрет пыток и уменьшить применение смертной казни в качестве высшей меры наказания. В СМИ и сети Интернет можно найти многочисленные материалы о применении пыток в трудовых лагерях, таких как Фусинь или Хулудао, в женской тюрьме Наньмусы (в провинции Сычуань). Высшая мера наказания в Китае применяется в отношении таких статей, как государственная измена, шпионаж, распространение и оборот наркотиков, экономические преступления в государственном масштабе, взяточничество и так далее. Однако постепенно политика китайского правительства меняется и в отношении смертной казни. В частности, в 2007 г. впервые было принято решение о пересмотре Верховным Народным Судом КНР судебных решений о смертной казни и принятие двухлетней отсрочки для их исполнения. В конце этого двухлетнего срока приговор может быть либо приведён в исполнение либо заменён пожизненным заключением. В результате этого решения, в 2008 г., по неофициальным данным, было приговорено к смертной казни на 15% меньше обвиняемых, чем в 2007 г., что составило около 5–6 тыс. человек. В качестве сравнения, газета «Вашингтон пост» отмечает, что в 2007 г. в США к смертной казни было приговорено всего 42 человека [10].
 
Соединённое Королевство выразило свою озабоченность проблемой Тибета. В Китае большой резонанс вызвало намерение британского премьер-министра Г. Брауна встретиться в марте 2008 г. с далай-ламой. Официальный представитель МИД КНР Цинь Ган заявил: «Мы выражаем серьёзную озабоченность данным сообщением. Китайская сторона уже неоднократно указывала, что далай-лама является политическим изгнанником, долгое время промышляющим деятельностью, нацеленной на раскол родины и разрушение национальной сплочённости» [11]. В феврале 2009 г. в Лондоне состоялась акция протеста, организованная сторонниками независимости Тибета, во время которой в китайского премьер-министра Вэнь Цзябао, выступавшего с речью в Кембриджском университете, один из слушателей бросил ботинок. Активист был арестован по обвинению «в нарушении общественного порядка», а китайскому представителю были принесены извинения.
 
Сепаратистские настроения в Китае также получают определенную поддержку со стороны Шотландии, активно выступающей в защиту прав человека в КНР. Ещё в 2004 г. парламентарии Шотландии, выступившие с петицией в защиту китайской секты Фалунь Дафа, писали: «Парламент осуждает китайское правительство за нарушение прав человека в отношении последователей Фалунь Дафа; требует, чтобы правительство Её Величества присоединилось к осуждению этих нарушений и признало, что последователи Фалунь Дафа преследуются в Китае и за его пределами; требует немедленного освобождения последователей Фалунь Дафа в Китае, и поддерживает мирную демонстрацию в Эдинбурге» [12]. В октябре 2009 г. активисты Фалунь Дафа, несмотря на протесты китайских официальных лиц, организовали демонстрацию в Лондоне. Демонстранты прошли через деловую часть города от китайского посольства до китайского квартала, в результате чего более двухсот китайцев написали заявление о выходе из КПК.
 
Политика Соединённого Королевства в отношении КНР носит двойственный характер. С одной стороны, в рамках международных конвенций и договоров правительство Соединенного Королевства готово оказывать Китаю поддержку. Существует немало перспектив для развития дальнейшего сотрудничества. С другой стороны, Британия, как другие европейские страны и США[5]  выступают сторонниками соблюдения прав человека, даже если речь идёт о таком движении, как Фалунь Дафа. Политика Шотландии в отношении Китая, несмотря на сепаратистские настроения Шотландской Национальной Партии, не противоречит в целом британской стратегии и идёт в фарватере британской политики. Соединённое Королевство заинтересовано в том, чтобы в лице Шотландии иметь дополнительного партнёра с Китаем. К тому же, существует ряд вопросов, обсуждение которых правительству Соединённого Королевства было бы удобней вести от лица Шотландии. Возможно, именно об этом говорится в шотландской стратегии, когда речь идёт о том, что Шотландия может служить связующим звеном между Соединённым Королевством и Китаем.
 
Литература и Интернет-источники
  1. New Statesman. L., 09.03.2009
  2. The Scottish Government's Plan for Engagement with China
  3. The UK and China: A Framework for Engagement
  4. International development
  5. International development
  6. Выступление Ху Цзиньтао на банкете по случаю десятилетия возвращения Аомэня под юрисдикцию Китая
  7. Как долго может сохраняться «китайская скорость»
  8. Lord Mayor's Speech, 28 May 2010
  9. Лондонская фондовая биржа открыла представительство в Китае
  10. China's Capital Cases Still Secret, Arbitrary
  11. МИД КНР настоятельно требует от Великобритании отдать себе отчет в истинном облике далай-ламы
  12. Scottish Parliament Business Bulletin No.117/2004
 
Ст. опубл.: Общество и государство в Китае: XLI научная конференция / Ин-т востоковедения РАН. - М.: Вост. лит., 2011. – 440 с. – (Ученые записки Отдела Китая ИВ РАН. Вып. 3 / редкол. А.А. Бокщанин (пред.) и др.). – ISBN 978-5-02-036461-5 (в обл.). С. 255-260.


  1. Обратим внимание на то, что уже более не используется терминология «страны третьего мира» или «развивающиеся страны», а речь идет о «государствах-партнерах».
  2. Институт Конфуция – сеть китайских культурно-образовательных центров, создаваемых Китайским государственным комитетом по распространению китайского языка за рубежом совместно с зарубежными синологическими центрами.
  3. Международная Амнистия - всемирное движение людей, выступающих за соблюдение общепризнанных прав каждого человека, основанное в Великобритании в 1961 г.
  4. Восстание в Тибете 1959 г. – восстание жителей Тибета в Лхасе против правления Китайской Коммунистической Партии, жестоко подавленное.
  5. Российская Федерация не входит в их число.

Автор:
 

Новые публикации на Синологии.Ру

28 июля 2020 года ушел из жизни патриарх российского и польского китаеведения Станислав Роберт Кучера
Причины неудачной политики Цинской империи в Синьцзяне 1884 – 1912 гг.
Интернет-канал по истории Китая С.В. Дмитриева
Интервью с А.М. Карапетьянцем, ч.1
Интернет-литература в Китае как воплощение кибер-эпохи


© Copyright 2009-2020. Использование материалов по согласованию с администрацией сайта.