Синология.Ру

Синология.Ру

Тематический раздел


Синь 2

благонадежность (верность, искренность, надежность, подлинность, правдивость, честность, истинность, доказательство, свидетельство, вера). Категория кит. философии, совмещающая идею субъективной уверенности и искренности с идеей объективной достоверности и надежности. Этимологич. значение — «слова человека» или «слова из сердца». Термин впервые встречается в протоконф. классич. текстах кон. II — нач. I тыс. до н.э. «Шу цзине» («Канон писаний») и «Ши цзине» («Канон стихов»), где уже совмещает два смысла: объективный — «подлинность, истинность» и субъективный — «вера, искренняя убежденность», что связано с особенностями кит. языка, в к-ром иероглиф синь [2] наряду с обычным глагольным значением «испытывать доверие» имеет и каузативное — «внушать доверие». Подобный семантич. синкретизм был сознательно использован в гл. 6 «Сюнь-цзы» (III в. до н.э.): «Вера (синь [2]) в верное (синь [2]) верна (синь [2]), сомнение в сомнительном также верно (синь [2])».

В первом собственно конф. каноне (см. Конфуцианство) «Лунь юй» («Теоретические речи», VI–V вв. до н.э.) синь [2] передает одно из главных, наряду с «гуманностью» (жэнь [2]), «должной справедливостью» (и [1]), «сыновней почтительностью» (сяо [1]) и «братской любовью» (ти [2]; см. Сяо ти), социально-этич. понятий учения Конфуция. Само это учение (цзяо [1]) там определено как исходящее из четырех оснований: «культурности» (вэнь), «действенности» (син [3], см. Чжи–син), «преданности» (чжун [2]) и благонадежности (VII, 25). Здесь же близкие по смыслу знаки чжун [2] и синь [2] составляют терминологич. пару «преданность и благонадежность» («самоотдача и верность», «честность и искренность»), к-рая характеризует воплощение «благодати» (дэ [1]) и поведение «благородного мужа» (цзюнь цзы) (I, 8; V, 28; VIII, 4; IX, 25; XII, 10; XV, 6; XIX, 10). Синь [2] — это в первую очередь «необходимая достоверность слов» (янь би син, XII, 20). В гл. 40 синхронного канона моизма «Мо-цзы» (V–III вв. до н.э.) дана прямая дефиниция синь [2] как «совпадения слов и помыслов» (янь хэ юй и). В «Лунь юе» же синь [2] трактуется прежде всего как соответствие слов делам (ши [3], син [3]). В этой праксиологич. сфере качество синь [2] — одно из поведенческих (син [3]) составляющих гуманности (XVII, 5), к-рое должно отличать поступки вышестоящего, правителя (I, 5, XIII, 4, XIX, 10) и взаимоотношения равных, друзей (I, 4, 7, V, 26), имея в виде предпосылок «[почтительную] осторожность» (цзин [4]) и «осмотрительную уважительность» (цзинь [4]) (I, 5, 6).

Развивая идеи Конфуция, Мэн-цзы (IV–III вв. до н.э.) связал «вертикальный» и «горизонтальный» аспекты социального проявления синь [2] в тезисе о том, что не имеющий этого качества среди друзей не удостоится и доверия свыше. Обретение же синь [2] в конечном счете обусловливается пониманием добра (шань [2]), к-рое делает личность подлинной (чэн [1]). «Подлинность — это Путь (дао) Неба (тянь [1]), а помышление о подлинности — Путь человека. Еще не бывало, чтобы предельная подлинность не воплощалась в действии (дун; см. Дун–цзин), как и того, чтобы неподлинность могла воплотиться в действии» («Мэн-цзы», IV A, 13). Данная связь синь [2] с добром и подлинностью на Пути (дао) обретения «совершенномудрия» (шэн [1] была повторена и канонизирована в § 20 трактата «Чжун юн» («Срединное и неизменное», IV–III вв. до н.э.), входящего в оба гл. собрания конф. классики — в «У цзин» («Пятиканоние»), в качестве гл. 31/28 «Ли цзи» («Записок о благопристойности»), и в «Сы шу» («Четверокнижие»), в качестве второй его книги (см. «Ши сань цзин»). Давая дефиницию синь [2] как обладание добром в самом себе, Мэн-цзы его объективизировал в качестве «небесного достоинства» (тянь цзюэ) вместе с «гуманностью», «должной справедливостью» и «преданностью», призванными обусловливать «человеч. достоинства» (жэнь цзюэ) в виде высших социальных рангов («Мэн-цзы», VII Б, 25; VI А, 16). В гл. 1 трактата «Го юй» («Государственные речи», IV–III вв. до н.э.) эти же «четыре достоинства» представлены проявлениями «благопристойности» (ли [2]).

Напротив, согласно основополагающему даос. памятнику (см. Даосизм) «Дао дэ цзин» («Канон Пути и благодати», VI–IV вв. до н.э.), «благопристойность устраняет верность и благонадежность» (§ 38), а последняя представляет собой природное явление, присущее «духовному семени» (цзин [3]), к-рое пребывает в дао (§ 21). Подобная онтологизация отражена и в энциклопедич. трактате «Гуань-цзы», где синь [2] определено как «отсутствие искажений в благодатном предопределении (мин [1])» (гл. 51) и означает «верность [порядка] четырех времен [года]» (гл. 45). А в гл. 19 легистского соч. (см. Легизм) «Хань Фэй-цзы» (III в. до н.э.) смысл синь [2] сужен до роли одного из инструментов власти наряду с наградами, наказаниями и «почтительной осторожностью».

Осуществивший первый универсальный синтез конфуцианства с идеями ведущих конкурировавших с ним школ, «Конфуций эпохи Хань» Дун Чжун-шу (II в. до н.э.) выработал объединяющую онтологию с этикой формулу «пяти постоянств» (у чан чжи дао), к-рые суть «гуманность», «должная справедливость», «[ритуальная] благопристойность», «знание» (чжи [2]; см. Чжи–син, в данном случае — синоним «разумности» — чжи [1]) и «благонадежность». Провозвестник неоконфуцианства Хань Юй (VIII–IX вв.) в трактате «Юань син» («Обращение к началу [человеч.] природы») признал эти «пять постоянств», среди к-рых благонадежность заняла срединное третье место, основами человеч. природы (син [1]). Такое понимание, закрепленное неоконфуцианством, стало стандартным для всей духовной культуры традиц. Китая.

Древние религ. коннотации синь [2], связанные со значением «вера», подверглись рационализации уже в первых конф. произведениях. В историко-идеологич. памятнике «Цзо чжуань» («Комментарий Цзо», V–III вв. до н.э.) зафиксировано высказывание, датированное 564 г. до н.э. (Сян-гун, 9 г.), согласно к-рому синь [2], знаменуя присутствие духа (шэнь [1]), представляет собой «благовестье для слов и руководство для добра». Подобное сведéние синь [2] к правильным словам и добрым поступкам было освящено Конфуцием посредством установления в качестве предмета такой веры не духовной или божеств. сущности, а древности (гу [2]), т.е. традиц. норм и ценностей («Лунь юй», VII, 1). Рационалистически настроенный Мэн-цзы в самих устоях прошлого отделил достойное веры-синь [2] от недостойного: «Лучше уж не иметь „[Канон] писаний“, чем полностью ему верить», — и на этой основе, антиномически дополняя тезис Конфуция, признал «не-необходимость достоверности слов» (янь бу би синь) для «великого человека» («Мэн-цзы», VII Б, 3; IV Б, 11).

С др. стороны, в кит. буддизме, иероглиф синь [2] специально использовался для обозначения религ. веры (санскр. шраддха). Это же значение он передает и в качестве осн. компонента ряда терминов совр. кит. яз., в частности, синьян (вера) и синьянчжуи (фидеизм).

Источники:
Древнекитайская философия. Эпоха Хань. М., 1990, указ.; О сознании (Синь): Из философского наследия Чжу Си. Пер. с кит. А.С. Мартынова и И.Т. Зограф. М., 2002.

Литература:
Кобзев А.И. Учение Ван Янмина и классическая китайская философия. М., 1983, указ.; он же. Философия китайского неоконфуцианства. М., 2002, указ.; Мартынов А.С. «Искренность» мудреца, благородного мужа и императора // Из истории традиционной китайской идеологии. М., 1984; Кобзев А.И. Философия китайского неоконфуцианства. М., 2002, указ.

Ст. опубл.: Духовная культура Китая: энциклопедия: в 5 т. / Гл. ред. М.Л.Титаренко; Ин-т Дальнего Востока. - М.: Вост. лит., 2006. Т. 1. Философия / ред. М.Л.Титаренко, А.И.Кобзев, А.Е.Лукьянов. - 2006. - 727 с. С. 392-393.

Автор:
 
© Copyright 2009-2019. Использование материалов по согласованию с администрацией сайта.