Синология.Ру

Синология.Ру

Тематический раздел


Рукопись Бичуринского перевода Шан шу

 
Работа выполнена при подержке гранта National Science Council (NSC 99-2410-H-006-015).
 
В обширном научном наследии Н. Я. Бичурина (1777–1853) имеется рукописный перевод классической китайской книги Шан шу (Шу цзин), озаглавленный переводчиком «Древняя китайская история». Тетрадь с переводом хранится в Отделе рукописей (ОР) Российской национальной библиотеки (РНБ) в Санкт-Перетбурге. Наши китаеведы знакомы с этой рукописью по описанию П.Е. Скачкова (1892–1964), сделанному более 50 лет назад [7; 8, с. 408 (№8)][1]. В настоящем докладе мы сообщим о результатах нашего просмотра указанной рукописи, дополним и уточним ее описание, а также поделимся некоторыми соображениями относительно обстоятельств выполнения перевода Бичуриным.
 
Как указывал Скачков, перевод представляет собой бичуринский автограф, выполненный в тетради размером в лист (т.е. страница несколько больше формата А4). Текст занимает 60 листов со страницы 1а по страницу 60а, страницы 3б, 4а и 10б пустые. Рукопись находится в прекрасном состоянии. Бумага довольно плотная и толстая, практически не пожелтела. Чернила также практически не выцвели, так что с этой точки зрения чтение рукописи трудности не представляет. Другое дело, что почерк Бичурина не всегда легко разобрать, требуется время, чтобы к нему привыкнуть.
 
Скачков сообщал о «переводе пяти глав» Шу цзина, подразумевая, по-видимому, пять периодов правлений Яо, [[|Шуня]] и династий Ся, Шан и Чжоу[2]. Перевод Бичурина на самом деле следует общепринятому делению Шан шу на четыре части или «книги» (шу); материалы этого памятника, приписывемые правлениям Яо и Шуня, принадлежат первой части – Юй шу. Бичурин называет эти части Шу цзина «тетрадями», приводя в заголовках первых двух частей слова «Тетрадь 1» и «Тетрадь вторая» и оставляя заголовки остальных двух частей без подобного упоминания.
 
По-видимому, П. Е. Скачков не смог разобрать на л. 1а рукописи название первой части («тетради») и привел в своем описании только названия остальных трех. В Бичуринском написании это — «Тетрадь вторая. История Сяского Дома» [1, с. 11а], «История Шан­ская» [1, c. 17а], «История Чжеуского дома» [1, c. 31б], т.е., соответственно, Ся шу, Шан шу и Чжоу шу. Предполагаем, что короткое слово в заголовке первой части должно читаться, с учетом старой русской орфографии, «Юй-я» — «Тетрадь 1. Юй-я», т.е. Юй шу. Около заголовка второй части «Тетрадь вторая. История Сяского Дома» имеется запись транскрипции (китайского?) слова и его русский перевод, которые нам не удалось достоверно расшифровать. Предпологаем, что эта запись не имеет отношения к заглавию части.
 
Свое описание П.Е. Скачков заканчивает указанием на «подробные заголовки», под которыми следует понимать заголовки более мелких разделов внутри частей («тетрадей»). Бичурин называет их «главами». Традиционное китайское название этих разделов пянь, а в описаниях памятника на современном китайском языке они часто называются пяньчжан. Бичуринские «главы» пронумерованы лишь в «Тетради 1» (с «Глава первая» [1, c. 1а] и далее [1, c. 2б, 5б, 8а] по «Глава пятая» [1, c. 9а]). Начиная с «Истории Сяского Дома» приводятся только заголовки глав. Порядок следования глав в переводе полностью совпадает с принятым в большинстве китайских изданий каноническим порядком – сплошная (без учета номера части) нумерация в 58 глав. Согласно тому же традиционному порядку Бичурин выделяет в отдельные главы части больших текстов, предваряя их собственными заголовками, например: «Тайцзья. Лист первый»; «Тайцзья. Лист средний»; «Тайцзья. Лист последний» [1, c. 20б–22б], что сответствует главам 14, 15 и 16 (т.е. глава Тайцзя в трех частях — шан, чжун и ся) в традиционной нумерации. Другие трехчастных тексты с подобными заголовками см. на с. 23б–27а (гл. 18–20), 27б–29б (гл. 21–23), 31б–34а (гл. 27–29).
 
Бичуринский перевод неполный. Текст рукописи заканчивается переводом главы 46 До фан (у Бичурина «Многия страны», с. 59б–60а). Без перевода остались 12 последних глав, или немногим более шестой части текста оригинала (по числу иероглифов). При этом использовавшаяся Бичуриным тетрадь полностью не исписана и имеет достаточно много пустых листов в конце.
 
Подробность заголовков, на которую указывает П.Е. Скачков, должна пониматься в том смысле, что заголовки у Бичурина, в основном, являются переводами. Может показаться, что названия гл. 5 «Ицзьи» [1, с. 9а], гл. 14–16 «Тайцзья», гл. 18–20 «Паньгын» даны в транскрипции, но они представляют собой личные имена. Правда, название пятой главы правильнее было бы перевести «И и Цзи» (по именам двух людей). Единственной траскрипцией китайского заголовка является название гл. 34 «Цьзинь тын» [1, с. 40а], но и здесь Бичурин после заголовка написал союз «или», желая дать перевод или пояснение, но, по-видимому, не нашел подходящего варианта. По такому типу даны заглавия гл. 26 «Вэйцзы или Вэйский князь» [1, с. 30б] и гл. 32 «Хунфань или Великий образец» [1, с. 36а].
 
Начиная с первой главы тетради «История шанская» (гл. 10), Бичурин в перевод некоторых заголовков включает свои уточняющие слова. Гл. 10 Тан ши названа у него в переводе «Клятва Чентанова» [1, с. 17а] (отсутствующее в оригинале слово выделено жирным курсивом); гл. 12 Тан гао — «Воззвание Чентаново» [1, c. 18б];  гл. 13 И сюнь — «Наставление Иинево» [1, c.19б]; гл. 21–23 Юэ мин — «Повеление Фуюеево» [1, c. 27б, 28а, 29а]; гл. 30 Му ши — «Муеская клятва» [1, c. 34а]; гл. 37 Кан гао — «Грамота к Каншу» [1, c. 44а]; гл. 40 Шао гао — «Донесение Шáоскаго Гуна» [1, c. 49а].
 
Бичуринский текст представляет собой перевод собственно текста Шан шу. Переводчик не приводит ни собственных, ни традиционных комменатриев. В целом, как в заголовках, так и в текстах глав исправлений немного, и все они сделаны, что называется, по горячим следам. Исправления находятся в той же строке вслед за зачеркнутым словом или его частью. Не встречается надписей над или под зачернутыми словами, каких-либо вставок или добавлений. Фразы в наваниях гл. 9 «Война Иньскаго» (с. 16а, Инь чжэн) и гл. 34 «Цьзинь тын или» не закончены, а названия гл. 33 «Лейские собаки (доки)» (с. 39б, Люй ао)[3] и гл. 39 «Способный лес (люд?)» (с. 48а, Цзы цай) включают варианты перевода.
 
Рукопись датирована 1822 годом. По верхнему полю страницы 38б (т.е. на оброте листа 38) имется надпись «Августа 28 1822».
 
Указанные данные просмотренной рукописи дают некоторый материал для размышлений и предположений.
 
Наличие у китайского оригинала двух традиционных заглавий Шу цзин и Шан шу и отражение одного из них в переводе, в принципе, должны помогать в определении конкретного китайского издания, использовавшегося переводчиком. Хотя китайский канонический текст не мог иметь больших различий в том или ином издании, трактовки этого текста конкретным комментарием должны были сказаться на переводном тексте.
 
Слова «древняя» и «история» в заглавии Бичуринского перевода заставляют предположить, что его оригинал имел в названии иероглифы шан (древний) и шу, который Бичурин понимал именно как история: «История называется Шу, т.е. историческое описание династии. Такая история отдельно составляется для каждой династии и потому называется династийною историей, Гошу» [4, т. 1, с. 13 (VIII)]. Это разъяснение сделано Бичуриным в 1851 г. Выбор же слова история в 1822 г. согласуется с его просьбой в письме 1816 г. оставить его в Пекине «для окончания трудов в переводе истории, географии и других мелких сочинений» [8, с. 95; 5, c. 291]. Речь здесь должна идти и о династийных историях-шу Хань и периода средневековья, а не только Тунцзянь ганму.
 
Однако вопрос о заглавии оригинала не решается так просто. Давая краткие представления этого письменного памятника в своих поздних работах Бичурин неизменно приводит транскрипцию его заглавия как «Шу-цзин» («Шу-гин») и при этом иногда параллельно дает перевод «Древняя история (Китая)» [4, с. 11(VI), 13 (IX); 2, Ч. I, c. 4; 2, Ч. III. c. 6–8]. Шан шу Бичурин не упоминает ни разу. Кроме того, название канонической книги Ши цзин он сопровождает переводом «Древние стихотворения» [2, Ч. III. c. 6, 8]. Из чего следует, что как «древность» Бичурин интерпретировал именно цзин (канон). Тогда, если принять за основу только транскрипцию, поиск издания оригинала, использованного Бичуриным, значительно облегчается. Согласно нашим подсчетам, в библиографическом описании Цин ши гао лишь 12 сочинений имели в заглавии шу цзин против 66 с заглавием, включавшим шан шу.
 
На самом деле, и это решение вопроса не бесспорно. Представляя «Древнюю историю» в печатных работах, Бичурин должен был учитывать осведомленность своего читателя, который ориентировался на европейскую традицию. Хотя в Китае примерно с XVI в. заглавие Шан шу стало более распространенным, так как под этим названием интересующее нас сочинение с комменатриями Кун Аньго (II в., ему же и принадлежит это заглавие) и Кун Инда (574–648) закрепилось в составе «Тринадцатиканония», в западных работах о Китае это же сочинение преимущественно называлось Шу цзин. Тогда, чтобы выдержать стилистику сопоставления «Древней истории» с Шу цзин, Бичурин мог и Ши цзин назвать «Древней поэзией».
 
Как видим, анализ заглавия перевода не сильно может помочь в определении конкретного текста оригинала, однако он высвечивает общий подход Бичурина к конфуцианской классике как к историческим источникам. Долго остававшийся единственным в Европе французский перевод Шу цзина А. Гобиля (опубликован в 1770 г.) и его многочисленные переиздания Г. Потье в 40-х — 50-х годах XIX в. трактовали это сочинение как «священный» текст. В исторической перспективе более поздних английских и французского переводов возобладал бичуринский подход.  
 
Нам представляется, что в практическом поиске возможного оригинала перевода следует исходить из хорошо известного факта, что в 1822 г. для Публичной библиотеки Бичурин привез из Пекина большую коллекцию китайских книг, в составе которой было и «Тринадцатиканоние» [8, с. 96], а значит, и Шан шу. Так что эту работу надо начинать с просмотра китайских фондов РНБ.
 
Ряд вопросов связан с датировкой рукописи. По-видимому, надо исключить предположение о возможном начале работы над переводом в Китае, хотя известно, что другие классические книги, например, «Четверокнижие», Бичурин переводил там, и, напротив, нет сведений о таких переводах, кроме «Древней китайской истории», в России. Нетрудно заметить, что рукописи бичуринских работ, начатых в Пекине, имеют ту особенность, что они являются либо бичуринскими автографами на китайской бумаге, либо более поздними чистовыми копиями, автора или переписчиков, на «русской» бумаге. Данная же рукопись — автограф черновика на «русской» бумаге.
 
Нельзя исключить, что Бичурин приступил к переводу в 1821 году. Согласно опубликованным датировкам его писем [8, с. 415 (№50); 3, с. 296], Бичурин прибыл в Кяхту 1 августа[4]1821 г., не позднее 29 сентября был в Иркутске и не ранее 3 ноября выехал из него. В общей сложности, из этого отрезка времени Бичурин мог посвятить переводу как минимум два месяца, когда шла подготовка к зимнему путешествию в столицу.
 
Он также мог приступить к переводу уже в Петербурге, куда прибыл в январе 1822 года. Однако работа вскоре должна была прерваться, так как 13 марта Бичурин был заключен под домашний арест в Александро-Невской лавре по делу о злоупотреблениях в Пекинской миссии, а его рукописи и книги были изъяты[5].
 
По мнению В. Кривцова, через полгода, т.е. в середине сентября, Бичурин встречался с министром духовных дел и просвещения А.Н. Голицыным и высказал просьбу, чтобы вернули книги и рукописи. Через несколько дней, говорится в романе Кривцова, книги и рукописи были возвращены о. Иакинфу [6, с. 295, 299, 301]. К сожалению, в известных нам научных публикациях, хронология указанных событий не нашла отражения. Поэтому нам приходится обратиться к известному, хотя и документальному, но все же художественному произведению, автор которого, конечно, имел право на свое предположение.
 
Дата «Августа 28 1822», проставленная Бичуриным на странице 38б «Древней китайской истории», свидетельствует, что рукопись была в распоряжении переводчика несколько раньше времени, обозначенного Кривцовым. Две другие сохранившиеся рукописи Бичурина также помечены близкими датами, — 26-ым и 25-ым августа 1822 г., — причем на одной из них запись буквально гласит: «Сия книга при­надлежит мне арх-ту Иакинфу. 25 августа – 1822 г.» [8, с. 408 №7; с. 409 №9]. Это может свидетельствовать, что Бичурин в указанное время проводил некий учет своих работ, либо получая их назад, либо, наоброт, передавая на хранение. Датировка еще одной сохранившейся рукописи 29-ым октября, скорее всего, говорит в пользу первого предположения, хотя не исключает полностью и второго, а лишь устанавливает временные рамки изъятия.
 
Интересно, что обе указанные выше августовские записи сделаны на законченных переводах, а дата в «Древней китайской истории» приходится на предпоследнюю страницу перевода главы Хун фань. Отсюда можно предположить, что Бичурин был вынужден прервать незаконченный перевод главы, и это было связано с изъятием рукописи и книг. Вопрос только в том, когда это изъятие происходило. И было ли оно вообще. Ведь поводом для записи могло послужить и то, что она делалась накануне 45-летия переводчика — Бичурин родился 29 августа 1777 г. Понятно, что все эти вопросы решаются только изучением соответствующих архивов.
 
В конце главы 46 «Многия страны» [1, с. 59б-60а], на которой прерывается бичуринский перевод Шан шу, не стоит дата, и, следовательно, нельзя определенно сказать, что он не планировал продолжить и закончить перевод. По времени и свойствам источника перевод «Древней китайской истории» примыкал к занятиям Бичурина китайской классикой в конце его пребывания в Пекине. Однако к 1822 г. определилось первоочередное направления его научных поисков — история народов Центральной Азии. Предположительно, в свете этой тематики и был предпринят перевод. Сама форма некомментированного перевода основного текста не оставляет сомнений, что перевод делался ради практической цели извлечения исторических сведений. Единственной главой Шан шу, которую Бичурин позднее упомянул отдельно от всего корпуса источника, была Юй гун. И сделано это было потому, что в ней говорилось о соседних с китайцами народах древности [4, т. 1, с. 12 (VI) сн. 5]. Скорее всего, в свете выбранной тематики Бичурин просто потерял интерес к данному историческому источнику, перевод Шан шу заслонили другие дела.
 
Уверенное владение Бичуриным китайской фразой оригинала, отразившееся в малочисленности исправлений и их размещении в тексте прямо по ходу перевода, вызывают и восхищение, и удивление. Но этот же факт может служить поводом для подозрения, не использовал ли Бичурин в своей работе имевшийся к тому времени известный перевод французского католического миссионера А. Гобиля. Перевод был издан в 1770 г. в Париже Ж. Де Гинем (1721–1800) [10][6]. Вопрос этот, конечно, чисто научный и связан с определением источника, соотвествующих методов и перспектив исследования «Древней китайской истории» Бичурина.
 
При сравнении двух переводов сразу видно, что их тексты организованы по-разному. Заголовки глав даются Гобилем в транскрипции. Тексты больших глав приводятся им целиком, их три части в отдельные главы не выделяются.
 
Однако при сопоставлении русского текста с поглавным содержанием, написанным Де Гинем, обнаруживается определенное сходство в расширительном (комментирующем) переводе названий глав в третьей и четвертой частях «Шу цзина». Так, китайский Тан назван Чентан и Tching-tang, ЮэФуюе и Fou-yue, КанКаншу и Kang-cho и т.д.
 
Если предположить, что Бичурин пользовался французским переводом, то он должен был это делать, постоянно сверяясь с китайским текстом. Казалось бы, Бичурин чуть не повторяет ошибку в транскрипции названия гл. 40, начиная первое слово как Чж, что соотвествовало бы Tchao-kong[7]французского перевода, однако, зачернув это начало, сразу дает правильное чтение Шаоскаго. Он не повторяет и ошибочной француской транскрипции Lou в заголовке гл. 33[8].
 
При всем при том, ни формальные совпадения, ни коррекция ошибок предполагаемого исходного текста в предполагаемом вторичном тексте не устанавливают факта заимствования. Анализ же такого рода ошибок в тексте «Древней китайской истории» как раз свидетельствует, что Бичурин не обращался к французскому переводу, иначе бы он их просто не имел в своем тексте.
 
Так, заголовок гл. 5 у Бичурина ошибочно дан как имя (?) одного человека «Ицьзи», а во французском издании приводится его правильная трактовка — как комментирующий перевод «Avis d'Yu & éloge des Ministres Y & Tsi» у Де Гиня и как отдельно употребленные имена Y и Tsi в самом тексте перевода Гобиля, которому еще и предпослано краткое пояснение, что это «имена двух министров, одного звали И, а другого Цзи». У Бичурина гл. 11 названа «Воззвание Чжунвэеви» (с. 17б). Здесь второй иероглиф (hui) ошибочно дан как вэй (т.е. wei). В переводе же Гобиля и содержании Де Гиня неоднократно дается его правильная французская транскрипцияhoei, чего не мог бы не заметить Бичурин.
 
В заключение остается подчеркнуть, что число научных проблем, возникающих после просмотра и первичного анализа рукописи Н.Я. Бичурина, по-видимому, не идет ни в какое в сравнение с кругом проблем, который возникнет при исследовании ее содержания, целиком оставшегося за рамками нашего доклада.
 
Литература
1. Бичурин Н.Я. (Иакинф). Древняя китайская история. 1822. Рукопись. ОР РНБ. Б-ка АНЛ, № А-20.
2. Бичурин Н.Я. (Иакинф). Китай в гражданском и нравственном состоянии. Ч. I, III. СПб., 1848.
3. БичуринH.Я. (Иакинф). Ради вечной памяти: Поэзия. Статьи, очерки, заметки. Письма. Чебоксары, 1991.
4. Бичурин Н.Я. (Иакинф). Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена. Т. 1. М.–Л., 1950.
5. История отечественного востоковедения до середины XIX в. М., 1990.
6. Кривцов В. Отец Иакинф. Л., 1984.
7. Скачков П.Е. О рукописном наследии Н.Я. Бичурина в ГПБ (Ленинград) // Очерки по истории русского востоковедения. Вып. 2. М., 1956. С. 198–206
8. Скачков П.Е. Очерки истории русского китаеведения. М., 1977.
10. Le Chou-King, un des livres sacrés des Chinois / Trad. & enrichi de Notes par P. Gaubil. Revu & corrigé… par M. De Guines. P., 1770.
11. The Chinese Classics. Vol. III. The Shoo king, or The Book of Historical Documents / Tr. by J. Legge. Taipei, 1991.
 
Ст. опубл.: Общество и государство в Китае: XLI научная конференция / Ин-т востоковедения РАН. - М.: Вост. лит., 2011. – 440 с. – (Ученые записки Отдела Китая ИВ РАН. Вып. 3 / редкол. А.А. Бокщанин (пред.) и др.). – ISBN 978-5-02-036461-5 (в обл.). С. 385-390.


  1. У Скачкова шифр хранения перевода — Б-ка АНЛ (т.е. Александро-Невской лавры – В.М.), № А-20. В описи фонда № 15 (Александро-Невская Лавра) рукопись идет под № 26. В свое время, любезно откликаясь на нашу просьбу, это уточнение сделала старший научный сотрудник Сектора русских фондов XVIII–XXI вв. ОР РНБ Татьяна Александровна Богданова.
  2. Разбивка Шан шу на пять частей принята в английском переводе Дж. Легга. Для «восстановления исторической справедливости» он выделяет правление Яо в отдельную книгу Тан шу (по титулу Яо), основываясь на мнении Сюй Шэня (III в.) и некоторых других китайских комменаторов. См. [11, p. 15–16].
  3. По-видимому не доги, а именно доки, т.е. тибетский мастиф. Бичурин употребляет тибетский эквивалент китайского слова ао. Отметим также, что Бичуринская транскрипция лей, если учесть различие звуков обозначаемых буквами ѣ и е  в старой русской орфографии, передает звучание китайского слога (旅) не хуже (и не лучше), чем нынешняя стандартная люй.
  4. Даты по старому стилю.
  5. Тема невозможности работать из-за изъятия рукописей и книг развивается в сюжете соотвествующих частей документального романа В.Н. Кривцова [6, с. 291, 293, 295, 299, 301, 335, 340–341].
  6. Помимо перевода это издание включает много другого материала. Содержание (Table des chapitres), написанное Де Гинем, и собственно перевод Гобиля расположены на стр. cxxxix–cxliv, 1–318.
  7. По-французски транскрипция должна была быть Chao-kong, что соответствует русскому Шао-гун.
  8. В оригинале , т.е. по-французски правильно было бы liu. Французское lou соотвествует русскому лу.

Автор:
 
© Copyright 2009-2019. Использование материалов по согласованию с администрацией сайта.