Синология.Ру

Синология.Ру

Тематический раздел


Лу Цзи

陸机, Лу ЦзиЛу ЦзиЛу Ши-хэн, прозв. Лу Пин-юань (Пинъюаньский Лу). 261, обл. Уцзюнь (в совр. пров. Цзянсу) — 303. Сановник, литератор, теоретик лит-ры. Один из ведущих представителей течения Тайкан ти (Поэзия в стиле тайкан), да и всей поэзии эпохи Шести династий (Лю-чао, III—VI вв.).
 
Согласно жизнеописанию Лу Цзи, представленному в офиц. историографич. соч. «Цзинь шу» («Книга [об эпохе] Цзинь», цз. 49), он происходил из знатного южн. семейства, занявшего высокое обществ. положение в царстве У (222— 280) эпохи Троецарствия (Сань-го, 220—280). После насильств. присоединения этого царства к империи дин. Си (Западная) Цзинь (265—316) Лу Цзи укрылся в родовом имении, опасаясь преследований со стороны новых властей, и про­жил в уединении более десяти лет. В начале 290-х он отправился в столицу Лоян, где привлек к себе внимание Чжан Хуа (в то время канцлера) и вошел в чис­ло его доверенных лиц; был принят также в придворных кругах. После казни Чжан Хуа (300) Лу Цзи примкнул к лагерю одного из участников «Мятежа восьми принцев» (300—306), затем стал чл. военного совета армии этого мятеж­ного принца и губернатором подвластной ему обл. Пинъюань (302). Вслед за поражением своего сюзерена был обвинен в измене трону и предан казни.
 
Гл. теоретич. произведение Лу Цзи — «Вэнь фу» («Ода [об] изящной словес­ности»), считающаяся самым значительным (наряду с трактатом «Дянь лунь лунь вэнь» — «Рассуждения о классическом» Цао Пи) сочинением лит. кри­тики III—IV вв.
 
Собственно поэтич. наследие Лу Цзи включает ок. 100 стихотв. произведений, почти половину к-рых составляют подражания нар. песням (вэньжэнь юэфу), а также 25 полных текстов и фрагментов од-фу. Два наиболее авторитетных издания собр. его соч. — «Лу Пинъюань цзи» («Собрание произведений Лу — [губернатора области] Пинъюань») и «Лу Ши-хэн цзи» («Собрание произве­дений Лу Ши-хэна») — входят в сводные издания соответственно Чжан Пу (1602—1641) и Дин Фу-бао (1874—1952; публ. 1916). Имеются также совр. ком­мент. издания. Лирич. произведения представлены в сводных изд. Дин Фу-бао (публ. 1964) и Лу Цинь-ли (1911—1973); одические — в своде Янь Кэ-цзюня (1762-1843).
 
Лирика Лу Цзи разнообразна по поэтике и тематике. Он мастерски владел любыми поэтич. формами (от 8-12-стиший до целых поэм объемом 150 строк и более), активно использовал худ. опыт песенного фольклора (смешанный размер — строки разной длины), худ.-композиц. приемы (разнообразные по­вторы, параллелизмы, риторич. вопросы), песенные образы. Им созданы ва­риации на тему большинства прославл. древних нар. песен (юэфу миньгэ), напр.: «Лунси син» («Песня Лунси»); «Жи чу дун нань юй син» («Солнце вста­ет на юго-востоке») — подражание поэме «Мо шан сан» («Туты на меже»); «Инь ма Чанчэн ку син» («Напоил коня из родника у Великой стены»). Большая часть юэфу Лу Цзи (как и у представителей Цзяньань фэнгу творчески раз­вивает мотивы и образы песенных текстов или является оригинальными про­изведениями. Среди стихотворений-ши встречаются панегирики, посвящ. при­дворным церемониям и созданные по приказу высочайших особ, что оговари­вается в их названиях, напр.: «Юанькан сы нянь цун хуан тай-цзы цзухуй Дун-тан ши» («Стихи, [написанные] по указанию его высочества августейшего на­следника престола, о жертвоприношении предкам в Восточном зале, имевшем место в 4-й год правления под девизом Юань-кан»). Многочисленны поэтич. послания друзьям и брату Лу Юню, напр.: «Да Пань Ни ши» («Стихи в ответ Пань Ни», см. Пань Ни), циклы «Да Цзя Ми ши» («Стихи в ответ Цзя Ми», 11 стихотв.) и «Юй ди Цинхэ Юнь ши» («К младшему брату Юню из Цинхэ», 10 стихотв.). Его любовно-лирич. произведения тоже созданы гл. обр. по мотивам нар. песен и древней лирики (гу ши ‘древние стихи’), напр.: «Ни цин цин хэ пань цао ши» («Подражаю „Зелена-зелена трава на берегу реки“»), «Ни си бэй ю гао лоу» («Подражаю „На северо-западе есть высокая башня“»). 13 таких стихотворений включены в антологию VI в. «Юй тай синь юн» («Новые на­певы Нефритовой башни»), из чего следует, что Лу Цзи чрезвычайно высоко ценился в эпоху Шести династий и как мастер любовно-лирич. поэзии. Однако центр. темами лирики Лу Цзи являются переживания человека, нахо­дящегося в состоянии психологич. надлома. Из цикла «Фу Ло дао чжун цзо эр шоу»: «Вновь с тенью в обнимку ложусь отдыхать на закате, / Встаю на рас­свете, объятый безрадостной думой. / И, стоя подолгу в тени нависающей кручи, / С отчаяньем внемлю стенаниям ветра угрюмым» (2-е стихотв. цикла «Два стихотворения, созданные по дороге в Лоян»). Причины этого психо­логич. надрыва — утрата целей и смысла жизни. Лу Цзи, этот подлинный «ры­царь печального образа» кит. поэзии, как никто другой из совр. ему поэтов и всех литераторов эпохи Шести династий, показывает и доказывает абсолют­ную бессмысленность человеч. жизни из-за неотвратимости смерти («Жи чжун гуан син»): «Таковы бытия вот законы: / Все уходит и снова приходит. / Яркого солнца лучи, / Тем больней и обидней, что таланты и силы мои — / О яркого солнца лучи — / Вслед за гибелью бренного тела / Навсегда кануть в вечность должны!» («Песнь о солнечных лучах»).
 
Самое откровенное и страшное по своему пессимистич. настрою и даже же­стокости по отношению к читателю произведение — это цикл «Бай нянь гэ ши шоу» («Десять песен о ста годах жизни»). Он включает 10 семисловных (по 7 иероглифов в строке) текстов, каждый из к-рых посвящен отд. периоду жизни лирич. героя: детству, юности, зрелости, старости. Сам герой наделен всеми лучшими — по представлениям китайцев — человеч. качествами: он красив, умен, энергичен, обладает талантами и гос. деятеля, и полководца. Его судьба олицетворяет традиц. идеал счастья. Он делает блестящую карьеру — стано­вится важным сановником, добивается материального благополучия, он соз­дает дружную и многочисл. семью: «Себя утвердил, свое имя прославил, при­знанья достиг и наград. / Он телом и духом силен и отважен, в деяньях не знает преград. / <...> / Провинций он был полновластный хозяин и прибыл в столицу назад. / Идя к государю, наряд надевает из жемчугом шитой пар­чи. / <...> / Он в смутную пору, расправив знамена, порядок навел вдоль гра­ниц. / <...>/ Дом — полная чаша, и все процветают: и внуки его, и сыны». Но проходят годы, и он превращается в больного, всем и всеми недовольного старика, не узнающего собств. детей и внуков. И, самое ужасное, он пребы­вает в твердом убеждении, что вся его жизнь состояла исключительно из страданий: «Видя тени игру и лучей, за угрозу себе принимает. / Свято верит, что в жизни он знал только беды одни и страданья». Герой доживает до ста лет — мечта китайцев. Лу Цзи беспощадно развенчивает и ее: «Сто исполнилось лет. / <...> / Руки, ноги и всё изнутри непрестанно мучительно ноет / <...> / Еле дышит, насуплен всегда, каждый шаг отзывается болью, / И всю ночь, на циновке хрипя, не находит себе он покоя». Бессмысленность сущест­вования да и стремление к совершению тех или иных поступков, к каким-ли­бо идеалам усугубляется в глазах Лу Цзи беспомощностью человека хоть как-то повлиять на собств. судьбу. Он полностью зависит от порядка вещей («Юэ чжун лунь син»): «Коль удачи и беды — одно порождает другое / Целый век мне не хочется жить. / Служит горьким примером участь края родного, / Луч­ше, право, уйти, чем подобное бремя влачить!» («Песнь о лунном свете»).
 
Лу Цзи отдает должное заманчивости отшельнич. образа жизни, ибо это способно притупить душевные страдания человека, уводя его от суетной по­вседневности и погружая его в дивный и величеств. мир природы («Чжао инь ши»): «Меркнет день, а на сердце по-прежнему тошно, / Вновь, одевшись, в раздумьях стою у порога. / У порога стою, сам не ведая, что же хочу, / А от­шельник бредет себе где-то по горным дорогам. / <...> / Посреди орхидей заплутал разыгравшийся ветер, / Аромат их смешав с благовоньем древесных бутонов. / И хрустально звеня, разбиваются брызги о камни, / И родник свои струи уносит с нефритовым звоном. / <...> / В сей мелодии дивной нет ни нотки фальшивой, / Разве мыслимо чем-то ее совершенство улучшить? / Коль алкать бесполезно богатства, чинов и награды, / Я коней распрягу, повинуясь душевным отрадам!» («Призывание скрывшегося от мира»).
 
Однако и отшельничество оборачивается ложным идеалом. Ведь оно не спо­собно приостановить бег времени и предотвратить неминуемую кончину. Бо­лее того, оно высвечивает всю ущербность человека, к-рый не в состоянии жить подлинно естественной жизнью, подобно животным и птицам — истин­ным обитателям мира природы («Мэнху син»): «Мы экипаж распрягаем, по­винуясь суровому времени, / Посох в руки берем, чтобы в странствии счастья добиться. / Только, в пути голодая, на дорогу не выйдешь, как звери, / И, от мороза страдая, не укроешься в чаще, как птица. / С возвращением дня твои силы, увы, не прибавятся, / Уходящий сезон твои годы торопит к исходу» («Песнь Мэнху»).
 
Лу Цзи обращается и к идее обретения бессмертия, но преимущественно в оди­ческих произведениях: «Фу юнь фу» («Ода [о] плывущем облаке»), «Бай юнь фу» («Ода [о] белом облаке»), «Ле сянь фу» («Ода [о] бессмертных»). Приглу­шенность же звучания такого рода мотивов в его лирике усиливает ее тра­гичность и безысходность.
 
Лу ЦзиЛу ЦзиПоэзия Лу Цзи, впитавшая настроения служилой интеллигенции в момент кризисной ситуации, получила восторженное признание у лит. критиков бли­жайших поколений. В трактате «Ши пинь» («Категории стихов») Чжун Жуна он отнесен к литераторам первой (высшей) категории со словами: «...его та­лант высок, словеса обильны, а освоенный им художественный стиль роскош­но-прекрасен». В трактате «Ши лунь» («Рассуждения историка») Шэнь Юэ Лу Цзи вместе с Пань Юэ определены как крупнейшие литераторы 2-й пол. III в. Подчеркивается худ. мастерство и глубина произве­дений этих поэтов: «Когда настала эра Юань-кан (291-299), Пань и Лу прояви­ли свое великолепие <...> Обилие их мыслей подобно звездным россыпям, а пышность их творений — словно извивы искусно вытканного шелка». Лю Се трижды обращается в своем трактате «Вэнь синь дяо лун» («Дракон, изваянный в сердце письмен») к тв-ву Лу Цзи, дав ему такую итоговую характеристику: «[Лу] Ши-хэн всегда держался с поразительным достоинством, а потому чувст­ва его — словно пышная зелень; однако смысл его слов скрыт от непосвящен­ного». В антологию «Вэнь сюань» («Избранные произведения изящной словес­ности») включено 45 стихотворений Лу Цзи — наиб. количество произведений среди литераторов эпохи Шести династий, включая великого Цао Чжи.
 
В последующие ист. эпохи отношение лит. критиков и филологов к Лу Цзи изменилось. Не отрицая в принципе его роли как лидера Тайкан ти, они сомневались в худ. достоинствах его тв-ва. Так, Шэнь Дэ-цянь отмечает лишь скорбные мотивы его произведений и считает, что это связано с жизненными коллизиями самого Лу Цзи — его переживаниями из-за гибели царства У и краха обществ. статуса и благополучия собств. семьи. Высказывалось так­же мнение (Сун Лянь, 1310-1381) о вторичности его тв-ва по отношению к поэзии Цао Чжи: «И тогда Лу Ши-хэн — он и брат его младший стремятся во всем подражать Цао Чжи <...>» (Сун Лянь. Ответ на письмо студента-сюцая Чжана по вопросу о поэзии / пер. В.М. Алексеева). По мнению многих ученых XX в., высшим достижением Лу Цзи являются его теоретич. раз­работки, тогда как его поэзия не превышает среднего лит. уровня. Только в 1980-х в кит. литературоведении пробудился наст. интерес к Лу Цзи как ист. фигуре и его поэтич. наследию (подготовка коммент. изданий его жизнеопи­сания и собр. сочинений). В наст. время он признается одним из ведущих поэтов 2-й пол. III в.
 
Источники:
Цзинь шу, цз. 54 / Т. 5, с. 1457-1480; Лу Цзи пинчжуань; Вэнь сюань / Т. 1 (см. Содерж.); Лу Пинъюань цзи; Лу Цзи цзи; Лу Ши-хэн цзи; Лу Ши-хэн ши чжу; Юй тай синь юн, цз. 3 / Т. 1; сводные изд., вклю­чившие лирич. произв. Лу Цзи, см. в Библиогр. II, где они даны на имена их составителей: Лу Цинь-ли (т. 1, с. 651-693) и Дин Фу-бао 1964 (т. 1, с. 323-350); его одич. произв. см.: Янь Кэ-цзюнь, т. 2, с. 2008— 2016; Резной дракон..., с. 155-166; Хрестоматия по литературе Китая, с. 172-173; An Anthology of Chinese Verse, р. 89-91; Die Chinesische Anthologie... Vol. 1 (см. Содерж.); New Songs from a Jade Terrace..., p. 88­94.
 
Литература:
Алексеев В.М. Труды по китайской литературе. Кн. 1-2 (см. Указ. имен); Ван Чжун-лин. Чжунго чжунгу шигэ ши, с. 366-397; Вэй Цзинь вэньсюэ ши, с. 357-364; Вэй Цзинь Нань-бэй-чао вэньсюэ яньцзю, с. 288-293; Кан Жун-цзи. Лу Цзи цзи ци ши; Линь Гэн. Чжунго вэньсюэ цзянь ши. Т. 1, с. 229; Лю Се Вэнь синь дяо лун чжу, цз. 6, гл. 27; цз. 7, гл. 38; цз. 10, гл. 47 / Т. 2, с. 506, 544, 700-701 (соотв.); Цзян Лян-фу. Лу Пинъюань няньпу; Чжун Жун Ши пинь и чжу, с. 66; Шэнь Дэ-цянь. Гу ши юань, цз. 7; Шэнь Юэ. Ши лунь, с. 1100; Holzman D. Landscape Appreciation in Ancient and Early Medieval China..., р. 113-118.
 
См. также лит-ру к «Вэнь фу».
 
Ст. опубл.: Духовная культура Китая: энциклопедия: в 5 т. / Гл. ред. М.Л.Титаренко; Ин-т Дальнего Востока. - М.: Вост. лит., 2006 – . Т. 3. Литература. Язык и письменность / ред. М.Л.Титаренко и др. – 2008. – 855 с. С. 337-340.

Автор:
 

Новые публикации на Синологии.Ру

История основных историко-культурных зон Восточной Азии в Х–I тыс. до н.э. в первом томе «Истории Китая»: подходы и концепции
О статье Е.Ф. Баялиевой «Правовые аспекты обращения бумажных денег в юаньском Китае»
Частотный иероглифический словарь классических китайских текстов и его использование в тематическом и жанровом анализе
Дневники В.М. Алексеева в «Синологической картотеке» учёного
История перевода Нового Завета на китайский язык свт. Гурием Карповым


© Copyright 2009-2018. Использование материалов по согласованию с администрацией сайта.