Синология.Ру

Синология.Ру

Тематический раздел


К проблеме Средневековья в Китае

статья
 
Терминологическое сочетание «средневековый Китай» настолько прочно утвердилось в отечественной гуманитарии, что мало кто задумывается над его происхождением и правомерностью его использования. В китаеведной литературе 1970-1980-х гг. бытовала точка зрения, что представление о трехчленном делении истории и понятие «средние века», обозначающее некий промежуточный этап исторического процесса, были издавна присущи китайской теоретической мысли[1]. Действительно, древнекитайский (вторая половина I тыс. до н.э) терминологический аппарат располагал двумя устойчивыми биномами - чжун ши 中世 и чжун гу 中古, имевшими значение «средний век/века» и «средняя древность» соответственно. Первый из них был впервые употреблен в сочинении «Шан цзюнь шу» 商君書 («Книга правителя [области] Шан»), приписываемом государственному деятелю-реформатору и одному из ведущих мыслителей «школы закона» (фа цзя 法家, легизм) - Шан Яну 商鞅 (Гунсунь Ян 公孫鞅, 390-338). В Гл. 15 этого сочинения – «Лай минь» 徠民 («[О] привлечении народа»), присутствует следующий пассаж: «В древности (гу ) были Яо и Шунь, еще в те времена были прославлены; в средние века (чжун ши  中世) были [Чэн] Тан и У-[ван]…»[2] Здесь, вне всяких сомнений намечено членение истории на два масштабных периода - собственно древность, соотносимую в данном случае со временем правлением легендарных совершенномудрых государей (Яо и Шунь); и «средние века», под которыми имеются в виду, судя по именам названных правителей[3], период, охватывающий эпоху Шан-Инь 商殷 (XVII-XI вв. до н.э.) и начало эпохи Чжоу (XI-III в. до н.э.)
 

Появление термина чжун гу связывается с трактатом «Си цы чжуань» 繫辭傳 («Предание/Комментарий привязанных афоризмов»), включенном в состав знаменитого древнекитайского памятника (и одновременно одной из книг конфуцианской канонической литературы) - «И цзин» 易經 («Канон/Книга перемен», см. Чжоу и)[4]. Принято считать, что и здесь заложена идея двух этапов национальной древности – «начального» (шан гу 上古) и «среднего» (чжун гу 中古), которые, правда, не получили в этом тексте конкретного хронологического наполнения[5]. В относительно четком виде представления о «трихотомии» исторического процесса сформировались уже в I в. н.э., о чем свидетельствует раздел «И вэнь чжи» 藝文志 («Трактат об искусстве и литературе») из официального историографического сочинения (относится к классу т.наз. династийных историй, чжэн ши 正史) «Хань шу» 漢書 («Книга [об эпохе/династии Ранняя] Хань», «История [династии Ранняя] Хань») Бань Гу 班固 (32-92). Там присутствует лексическая формула ши ли сань гу 史歷三古 - «три этапа/периода древности»[6]. Согласно истолкованиям, утвердившимся в последующей комментаторской традиции, под этими этапами подразумевались «начальная древность» (шан гу 上古), «средняя древность» (чжун гу 中古), и «верхняя древность» (ся гу下古). Причем обращает на себя внимание, что все они связываются не с собственно историческими периодами, а с отдельными личностями. «Изначальная древность» - с архаическим государем Фу-си 伏羲, «средняя древность» - с Вэнь-ваном 文王 и «поздняя древность» - с Учителем Куном (Кун-цзы 孔子, т.е. с Конфуцием)[7]. Учитывая характер отношения конфуцианцев к Фу-си и Вэнь-вану[8] [2]) – графических комбинаций, легших в основание не только гексаграмм, воспроизведенных в «И цзине», но и всего изложенного в этом памятнике культурно-идеологического комплекса (традиция гаданий и древние натурфилософские представления). Вэнь-ван – отец У-вана, относящийся в конфуцианстве к числу «идеальных монархов», которому приписывается, во-первых, начало разработки морально-этических установок, впоследствии воспринятых и концептуализированных в конфуцианстве; и, во-вторых, изобретение нового порядка расположения триграмм.]], правомерно предположить, что Бань Гу говорил о членении не исторического процесса как такового, а об истории происхождения конфуцианского учения и, еще более конкретно, традиции самого «И цзина». Показательно, что эта схема в дальнейшем использовалась (к тому же эпизодически)[9]  преимущественно конфуцианскими учеными, в т.ч. Кун Ин-да 孔穎達 (574-648)[10] и Чэн Хао 程顥 (1032-1085)[11]. Продолжил свое существование и термин чжун ши, однако, он чаще всего употреблялся в значении середины какого-либо исторического периода[12]. Итак, идея «трихотомии» истории, обозначившись в древнекитайской теоретической мысли, так и осталась в зародышевом состоянии. Она никогда не распространялась на весь исторический процесс, а сочетания чжун гу и чжун ши использовались при характеристике исключительно древности.
 
Неразвитость искомых представлений в Китае объясняется, на мой взгляд, доминированием совершенно иного подхода к историческому процессу, в котором он подразделялся на эпохи, соотносящиеся с временем существования династии, т.е. государственного образования, возглавляемого представителями одного и того же правящего дома. Тенденция к такому осмыслению истории также наметилась еще в первой половине I тыс. до н.э. и затем окончательно восторжествовала в китайской историологии и историографии заключительных столетиях этого тысячелетия во многом благодаря знаменитому труду «Ши цзи» 史記 («Исторические записи», «Записки историка») Сыма Цяня 司馬遷 (145?-86? гг. до н.э.). В дальнейшем в историографической периодизации стали выделяться и периоды административно-территориальной раздробленности страны. В целом история Китая, воплощенная в традиционной периодизации, выглядит так: 1) Эпоха Пяти совершенномудрых государей древности, которая так и осталась мифологемой. 2) Эпоха династии Ся, историчность которой в настоящее время частично доказана археологическими материалами. 3) Эпоха Шан-Инь (XVII-XI вв.) до н.э. – время существования первого развитого древнекитайского государства; 4) Эпоха Чжоу (XI-III вв. до н.э.) – возникновение нового государства (Чжоу), основанного народностью, именуемой чжоусцы, в результате завоевания ими государства Шан-Инь. Во второй половине этой эпохи (Восточное Чжоу, VIII-III вв. до н.э.) вступил в силу процесс административно-политической раздробленности страны, завершившийся появлением нескольких самостоятельных государств (период Борющихся царства, Чжань-го, 475-221 гг. до н.э.). 5) Древние империи Цинь (221-207 гг. до н.э.) и Хань (206 г. до н.э.-220 г. н.э.), с которыми связывается возникновение и утверждение имперской формы правления. 6) III-VI вв.. нередко обозначаемые как эпоха Шести династий (Лю-чао), за которые Китай прошел через очередную стадию раздробленности (период Троецарствия, Сань-го, 220/222-265/280), кратковременное воссоздание централизованной государственности (период династии Западная Цзинь, 265-317), а затем был частично завоеван (311-317 гг.) некитайскими народностями, что привело к его разделению на Север (районы бассейна р. Хуанхэ) и Юг (районы р. Янцзы), где существовали государства, основанные чужеземными правящими домами и собственно китайские династии соответственно (период Южных и северных династий, Нань-бэй-чао, 420-589). 7) Кратковременная империя Суй (589-618), вновь объединившая страну. 8) Империя Тан (618-906) – самое могущественное из китайских централизованных государств. 9) Эпоха Пяти династий и 10 царств – очередной этап распада централизованной государственности. 10) Империя Северная Сун (960-1127), объединившая страну и вновь завершившаяся ее частичным завоеванием. 11) Эпоха Южная Сун (1127-1279), когда в Китае существовали собственно китайское (одноименная династия, районы р. Янцзы) и чужеземное (чжурчжэньское) государства. 12) Эпоха Юань (1279-1368) –время монгольского владычества в Китае. 13) Эпоха империи Мин (1368-1644) – реставрация национальной государственности. 14) Империя Цин (1644-1911) – последняя китайская империя, но тоже основанная чужеземным (маньчжурами) правящим домом.
 
Изложенная периодизация в целом адекватно передает ход политической истории Китая, однако не содержат в себе никакой информации об устройстве общества, как на отдельных этапах, так и в его ретроспективе. Понятно также, что она максимально затрудняет соотнесение истории китайской цивилизации с мировым историческим процессом. Поэтому в науке (синология как отдельная научная дисциплина начала складываться во второй половине XIXв.) неизбежно должны были быть предприняты опыты создания новых вариантов историографической периодизации Китая. Главная неожиданность заключается, пожалуй, в том, что такие опыты инициировали не европейские, а китайские ученые в ходе ожесточенных дискуссий, разгоревшихся в начале 1920-х гг., т.е. вскоре после свержения последней империи. Эти дискуссии, посвященные  проблемам устройства прежнего общества и внешне носившие сугубо академический характер, на самом деле имели целью определить через понимание национального исторического прошлого тактику и стратегию вывода страны из кризиса и перспективы ее дальнейшего развития[13].  Было предложено несколько различных вариантов периодизационных схем истории Китая, среди них – периодизация Ван Тун-лина 王桐齡 (1878—1953, на тот момент - профессор Пекинского педагогического университета, Бэйцзин шифань дасюэ 北京師範大學), которая была изложена им в 4-томной монографии «Чжунго ши» 中國史 («История Китая»)[14] (недавно была переиздана в КНР[15]) и в ее сокращенном варианте - «Чжунго миньцзу ши» 中國民族史 («История китайской нации»)[16]. Ван Тун-лин подразделял историю Китая с древнейших времен и до Синьхайской революции на 3 глобальных фазы (эры) – собственно древность (шан гу 上古); «средняя древность» (чжун гу 中古), к которой им относятся обе древние империи, III-VI вв., а также империи Суй и Тан[17]; и «близкая древность» (цзинь гу 進古)от эпохи Пяти династий до падения империи Цин[18] Использование им термина чжун гу дало повод некоторым исследователям говорить, что он был первым китайским ученым, кто признал существование в истории Китая «средних веков»[19]. Однако очевидно, что Ван Тун-лин, взяв на вооружение древнюю идею «трихотомии» исторического процесса и соответствующую терминологию, доказывал стадиальный характер эволюции китайской цивилизации вне каких-либо ее ассоциаций с развитием Европы. Не менее важно, что в предложенной им периодизации заложено, в сущности, понимание принципиальной значимости возникновения в Китае имперской государственности. Труд Ван Тун-лина в дальнейшем получил исключительно высокую оценку со стороны ак. Василия Михайловича Алексеева (1881-1951), считавшего, что он превосходит все созданные к середине прошлого века работы (включая европейские исследования) по истории Китая[20]. Однако в 1930-х гг. разработки Ван Тун-лина не нашли должного понимания ни в Китае, ни в советском китаеведении. Значительно более широкий отклик вызвали идеи Ху Ши 胡適 (1891-1962), выдвинувшего (в статьях) два генеральных и внешне противоречащих один другому постулата. Ратуя за самобытность и уникальность истории Китая на фоне мировой истории, он вместе с тем выдвинул версию о типологическом сходстве его общественного устройства, причем, начиная с древнейших времен (за каковые тогда принималась эпоха Чжоу), с европейским феодальным строем[21]. Версия Ху Ши чуть позже воплотилась в тезисе, что «классическое общество древнего Китая чрезвычайно похоже на европейский феодализм»[22]. Сразу же оговорим, что независимо от того, как именно понимали Ху Ши и его сторонники феодализм, в их теоретических построениях содержалось рациональное зерно. В устройстве китайского общества на всем протяжении его видимой истории, действительно, присутствуют элементы, типологически совпадающие с феодальным укладом, а именно системы аристократических титулов и удельных владений (вотчин), иерархические отношения, близкие к вассально-сюзеренным. Показательно, что понятие «феодализм» стало передаваться в китайском языке через терминологическое сочетание фэнцзянь-чжуи 封建主義 в котором использован древний термин фэнцзянь 封建 – «наделять земельным владением/вотчиной». Итак, в 1920-х гг. в китайской науке возникла концепция «китайского феодализма», согласно которой Китай исходно и до начала ХХ в. пребывал в состоянии феодального строя. Эта точка зрения была воспринята многими исследователями и общественными деятелями того времени, независимо от их идейно-политических убеждений. Среди них находились и историки, придерживавшиеся «левых» (марксистских) взглядов, и члены только что созданной Коммунистической партии Китая. Так, в декларации ЦК КПК от июня 1922 г., посвященной определению Синьхайской революции, говорилось о задачах преобразования феодального строя (выделено мною - М.К.) в демократический[23].
 
Изложенная концепция, иронически прозванная впоследствии «идеей вечного феодализма»[24], получила поддержку и в советском китаеведении, о чем свидетельствуют дискуссии, продлившиеся с 1925 г. по конец 1930 х гг.[25] К числу ее наиболее последовательных сторонников относились Юрий Владимирович Бунаков (1908-1942), Петр Антонович Гриневич (1899-1941), Евгений Сигизмундович Иолк (1900-1942) и Александр Сергеевич Поляков (1906-1040). Е.С. Иолка справедливо считать одним из главных теоретиков концепции «китайского феодализма», о чем косвенно свидетельствует отзыв ак. В. М. Алексеева на его первую же публикацию по данной теме[26]: «Не скажу, чтобы мне понравилась его статья в «Проблемах Китая», но статья серьезная, и тот, кто будет писать об этом предмете, не сможет пройти мимо Иолка»[27]. Ю. В. Бунаков был первым отечественным исследователем, кто приступил к изучению древнейших китайских письменных текстов (т.наз. надписи на гадательных костях) и попытался установить присутствовали ли элементы феодального устройства в китайском обществе до эпохи Чжоу[28]. А. С. Поляков предпринял попытку разработать схему эволюции «китайского феодализма»: его доклад, сделанный на пленарном заседании (лето 1933 г.) Государственной Академия истории материальной культуры[29], тоже сразу же вызвал повышенный интерес у востоковедов[30]. И, наконец, именно П. А. Гриневич стал автором словарных статей об истории Китая в первых изданиях Большой Советской и Малой Советской энциклопедий[31]. Следовательно, концепция «китайского феодализма» оставалась официально признанной в советской науке по меньшей мере до середины 1930-х гг.
 
На этом фоне резко выделяется авторская «История Китая»[32], написанная Константином Андреевичем Харнским (1884-1943), бывшим в то время секретарем Дальневосточного отдела Всесоюзной научной ассоциации востоковедения (ВНАВ) при ВЦИК СССР. В этой работе, впоследствии удостоившейся признания «первого марксистского очерка истории Китая»[33], предлагалось подразделять историю Китая на 2 «эры», за рубеж между которыми принимался III в. н.э. – т.е. гибель древней империи Хань, повлекшая за собой период административно-территориального распада страны. Далее автор говорил об удивительном сходстве историко-политической ситуации, сложившейся в Китае после падения Хань, с началом средневековья в Европе: «почти буквальное повторение знакомых картин Запада, того Запада, каким он был после падения Рима»[34]. Наблюдение К. А. Харнского вскоре было замечено востоковедами, приступившими, во главе с ак. Василий Васильевичем Струве (1889-1965), к разработке теории «рабовладельческих формаций» в странах Востока[35]. Начав с доказательства существования «эпохи рабовладения» в Древнем Египте, В.В.Струве и его единомышленники (В.И.Авдиев, С.И.Ковалев, А.В. Мишулин, А.С. Сванидзе), быстро распространили свои теоретические построения и на другие регионы Древнего мира. Так, разделы, посвященные Китаю, вошли в «Хрестоматию по древней истории», подготовленную В. В. Струве[36], а затем в «Историю древнего Востока» В.И.Авдиева[37]. При этом они сходились во мнении, что смена рабовладельческой формации на феодальную состоялась в Китае именно в III в., после гибели империи Хань[38].
 
Ученые-китаисты вначале отнеслись к «рабовладельческой» концепции более чем критично. Показательно их неучастие (не исключено, что по инициативе самого В.В.Струве) в подготовке названной выше «Хрестоматии». Вошедшие в нее фрагменты китайских сочинений были сделаны с европейских переводов оригинальных текстов, хотя отечественное китаеведение уже располагало богатейшим опытом работы с китайскими древними письменными памятниками. Некоторые историки, в первую очередь, П. А. Гриневич, последняя работа которого на данную тему была опубликована в 1935 г.[39], продолжали отстаивать концепцию «китайского феодализма». Другие попытались совместить обе концепции, но с опровержением хронологических рамок «рабовладельческой» и «феодальной» эпох, определенных их оппонентами. Наибольшей оригинальностью отличается, пожалуй, гипотеза Г.И. Сафарова (руководящий работник восточного секретариата Коминтерна), изложенная в его «Очерках по истории Китая»[40]. Автор говорит о господство в эпоху Чжоу феодального строя, но не выросшего из патриархально-родовой собственности на землю, а созданного искусственно («огнем и мечом сколочен») в ходе завоевания чжоусцами государства Шан-Инь[41]. Затем «чжоуский феодализм» сменился рабовладельческой формацией, что привело к установлению «феодально-рабовладельческого строя Ханьской эпохи»[42]. Обращает на себя внимание тот факт, что Г. И. Сафаров вновь соотносит смену формаций с возникновением первой китайской империи, тем самым имплицитно возвращаясь к идее принципиальной значимости возникновения имперской формы правления.
 
Не вдаваясь в подробности дальнейших дискуссий и нюансов хода распространения концепции «рабовладения» в китаеведной научной среде[43], остановимся только на разработках Лазаря Исаевича Думана (1907-1979). Как и К. А. Харнский, он однозначно принимал за начало «эпохи феодализма» III-IV вв., но в отличие от того мотивировал это не типологическим сходством со средневековой Европой, а глубинными изменениями в аграрных отношениях через введение «надельной системы землепользования». Позиция Д. И. Думана наиболее подробно изложена в его «Очерке истории Китая»[44], опубликованном в 1940 г. Там достаточно подробно описывается начальная стадия «процесса феодализации»[45] и говорится об установлении «господства феодализма» в IV-V вв.[46]. Вместе с тем Д. И. Думан вообще не использует термин «средневековье», а при общем описании истории Китая опирается на традиционную китайскую историографическую периодизацию.
 
Итак, к 1940-м гг. в советском китаеведении окончательно утвердился вариант историографической периодизации, проистекающий из формационного подхода к историческому процессу, в которой признавалось существование в Китае «рабовладельческой эпохи» и «эпохи феодализма», начинающейся с III-IV вв. н.э. и продолжившейся до начала ХХ в. Вместе с тем историки-китаеведы по-прежнему воздерживались от ассоциаций «китайской эпохи феодализма» в целом или отдельных ее периодов с европейским Средневековьем. Понятие «китайского средневековья» не получило видимого распространения ни в китайской, ни в европейской науке, хотя я не беру на себя смелость утверждать, что никто из европейских и американских синологов первой половины ХХ в. не прибегал к терминам “Chinese middle ages” или “medieval China”.
 
Есть все основания говорить, что теория «китайского средневековья» возникла в японской науке послевоенного периода. Ее основоположниками были представители «Киотской школы» (объединявшей преподавателей и студентов высших учебных заведений гг. Киото и Нагойя) во главе с  Уцуномия Киёёси 宇都宮清 и Найто Конан 內藤湖南[47]. На рубеже 1950-1960-х они создали «Общество изучения средневекового Китая» («Тю:гоку тю:сэйси кэнкю:кай» 中國中世史研究會), в 1970 г. опубликовали первый масштабный труд «Исследования истории средневекового Китая: Общество и культура эпох Шести династий, Суй и Тан» («Тю:гоку тю:сэйси Кэнкю: Рикутё: Дзуй То: но сякай но бунка» 中國中世史研究 六朝隨唐社會文化). Используя древнекитайский термин  чжун ши (яп. тю:сэй), японские «медиевисты» определяли хронологические рамки «китайской эпохи средневековья» с  III по Х вв., включая в нее период III-VI вв., для определения которого они использовали тоже собственно китайский термин «Шесть династий» (кит. Лю-чао 六朝, яп. Рикутё), а также эпохи Суй и Тан, при которых состоялись новое объединение страны и реставрация централизованной имперской государственности. Неудивительно, что им так и не удалось выработать единую позицию по поводу сущности «китайского средневековья» и степени его типологической близости к европейскому Средневековью[48]. Одни ученые (например, Кавакацу Ёсио 川勝義雄) полагали, что определенное сходство между ними присутствует, но далеко не на всем протяжении китайских «средних веков»: за «собственно средневековье» чаще всего принимались IV-VI вв. (т.е. период частичного завоевания Китая). Другие (в т. ч. Найто Конан) акцентировали специфику «китайского средневековья», выражавшуюся, прежде всего, в его политическом устройстве, когда управление страною осуществлялось представителями знати (т. наз. аристократическая политика, aristocratic policy). К тому же позиция «медиевистов» отнюдь не исчерпывала собой японскую историческую науку. Многие историки, даже впоследствии примкнувшие к ним (Кавати Дзюдзо 河地重藏, Танигава Митио 古川道雄), до этого полагали, что указанные китайские эпохи следует определять как «античность» (в оригинальной терминологии – «начальная древность», шан гу 上古 яп. кодай).
 
Несмотря на все разногласия в стане японских «медиевистов», их разработки не могли остаться без внимания западных и советских синологов. С 1950-х гг. историко-китаеведные исследования вошли в новую стадию развития, ознаменовавшуюся глобальными новаторскими идеями и пионерскими научными проектами. Для западной синологии такой новацией стала очередная редакция концепции «китайского феодализма», в которой признавалось, что Китая прошел через формационную стадию, типологически сходную со средневековой Европой еще в первую половину эпохи Чжоу. Завоевание государства Шан-Инь, осуществленное чжоусцами, привело к созданию системы удельных владений (первоначально – «гарнизонные владения» для установления контроля над покоренным населением), которые отвечали основным признакам европейских феодов. В результате установилась и политико-правовая система организации общества, характеризующаяся вассально-сюзеренными отношениями и политической раздробленностью страны, что полностью отвечает дефиниции понятия «феодализма» как явление не социально-экономического, а политически-правового, хотя и обусловленного определенными факторами социально-экономического порядка[49].
 
Теория «чжоуского феодализма» наметилась еще в работах европейских ученых 1930-х гг., в т.ч. в исследованиях выдающегося французского синолога Анри Масперо (Henri Maspero, 1883-1945)[50]. Он отмечал принципиальное отличие социально-политического устройства раннечжоуского Китая от последующих исторических эпох, обращал внимание на сходство удельных владений с феодами и указал на постепенную трансформация этих удельных владений в государства, основанные на административно-бюрократическом принципе правления[51]. Тем не менее теория «чжоуского феодализма», во многом ставшая, думается, реакцией западных синологов на «рабовладельческую» концепцию, была впервые четко сформулирована и озвучена на конференции «Феодализм в истории» (“Feudalism in History”), состоявшейся в 1950 г. в г. Принстон[52]. В скором времени ее поддержали большинство из наиболее авторитетных ученых того времени, в том числе Дёрк Бодэ/Бодде (Derk Bodde, 1909-2003, в 1944-1975 гг. профессор Пенсильванского университета и член правления Американского Общества ориенталистов), Харли Глесснер Крил (H.G.Greel, 1905-1994, с 1940 г. профессор Чикагского университета и член Комитета по изучению Дальневосточных цивилизаций) и крупнейший представитель франко-немецкой синологической школы - Этьен Балаш (Et. Balazs, 1905-1963). Расходясь в некоторых нюансах, все они признавали, во-первых, своеобразие «китайского феодализма», являвшегося, в определении Х. Г. Крила «системой правления, при которой правитель лично (выделено мною - М.К.) делегирует ограниченные властные полномочия (limited sovereignty) за пределами своего домена своим вассалам»[53]; во-вторых, что распад этой системы начался уже в VIII-VII вв. до н.э., завершившись ее полным подавлением (без какой-либо промежуточной стадии) бюрократическим государственным централизмом, что, по словам Э. Балаша, «выглядит абсолютно ненормальным с точки зрения закономерностей истории Запада, но было вполне нормальным для Китая»[54]. Одновременно они резко оспаривали версию господства феодальных отношений в другие исторические эпохи, прежде всего в III-VI вв.[55], с которыми, напомню, советские исследователи как раз соотносили начало «феодальной эпохи» в Китае.
 
Параллельно распространению теории «чжоуского феодализма» шло, как это ни покажется странным, и внедрение в западную научную лексику термина «средневековый Китай». Именно «термина», т.к. он лишь обозначал некий временной отрезок истории Китая и содержал в себе в лучшем случае намек на хронологические совпадения с европейским Средневековьем. Чаще всего, как и японские «медиевисты», европейские исследователи прилагали его к III-Х вв.[56] Однако почти сразу же наметилась тенденция к выделению на уровне терминологии III-VI вв., получивших обозначение «раннесредневековый Китай»[57].
 
В конце 1890-х гг. в США, на базе Мичиганского университета, было создана Группа по изучению раннесредневекового Китая (Early Medieval China Group), которая с 1994 по 2006 гг. выпускала собственное периодическое издание «Раннесредневековый Китай» («Early Medieval China»)[58]. О том, что термин «Early Medieval China» уже не наделялся сущностным смыслом, свидетельствуют несколько фактов. Во-первых, члены Группы предпочли использовать в китайском варианте ее названия («Чжунго чжунгу яньцзю» 中國中古研究) не сочетание чжун ши, приобретшее, благодаря работам японских «медиевистов», устойчивые ассоциации с европейским Средневековьем, а остававшимся «нейтральным» бином «средняя древность» (чжун гу). Во-вторых, в материалах, опубликованных в названном периодическом издании, отсутствуют следы каких-либо дискуссий по содержательным проблемам «раннесредневекового Китая» в аспекте его сопоставления с европейским Средневековьем. Не менее показательно, что термины «средневековый» и «раннесредневековый Китай» оставались факультативными для западной синологии. На всем протяжении второй половины прошлого века многие исследователи предпочитали употреблять для эпох централизованных империй их китайские названия, а III-VI вв. называть «Периодом раздробленности» («Period of Disunity»[59], «Period of Disunion»[60] и т.д.).
 
Постепенно выкристаллизовался и новый вариант периодизации истории Китая, который, по моим наблюдениям, начал складываться на рубеже 1950-1960-х гг. Сошлемся на вариант периодизации, опубликованной в 1958 г.[61], в котором выделены следующие эпохи: 1) The Formative Age (эпохи Шан-Инь и Чжоу); 2) The First Imperial Era (эпохи Цинь и Хань); 3) The Age of Disruption and Division (III-VI вв.); 4) The Golden Age of Empire (эпохи Суй, Тан, Пяти династий, Северной и Южной Сун) и т.д. В заключительной четверти прошлого века в западном китаеведении окончательно утвердилась периодизация, предполагающая подразделение истории Китая на 3 глобальные фазы: Архаический Китая (Archaic China, начиная с палеолита и до времени возникновения государственности), Древний Китая (Ancient China, охватывающий древние государства) и Имперский Китай (Imperial China, с момента возникновения имперской государственности). Внутри же этих исторических фаз по-прежнему используется традиционная китайская периодизация. Именно эта периодизация легла в основу серии «Кэмбриджская история Китая»[62].
 
В советскую науку понятия «средневековый Китай» и «раннесредневековый Китая» вошло благодаря теоретическим построениям ак. Николая Иосифовича Конрада (1891-1970), выделившего (возможно, под прямым влиянием идей японских «медиевистов») в истории Китая «эпоху средневековья» и «эпоху Возрождения», соотносимые им с III-VIII и VIII-XIV вв. соответственно. Эта периодизация была впервые изложена им в очерке истории китайской литературы, предвосхищавшем составленную автором Хрестоматию[63] и в 1970-х гг. переизданном в качестве отдельной статьи[64]. Непосредственно III-VI вв. определяются здесь (на уровне рубрикации очерка) как «раннее средневековье»[65]. Н.И.Конрад существенно отошел от взглядов японских «медиевистов». Во-первых, он принимает за «средние века» период с III по VIII вв., т.е. середины эпохи Тан. Во-вторых, вводит понятие «китайского Возрождения/Ренессанса», причем разделяя эту «эпоху Возрождения» на 3 стадии. Первая из них соотносится им со второй половиной эпохи Тан (т.е. с периодом деградации и гибели этой империи) и с эпохой Пяти династий; вторая - с эпохами Северной и Южной Сун; третья - и с эпохой монгольского владычества в Китае. Доказывая существование в Китае «эпохи Возрождения» и ее эволюционных стадий Н.И.Конрад апеллирует, главным образом, к реалиям и процессам, имевшим место в духовной жизни общества, в первую очередь, связанным с литературным творчеством. Но при этом он настойчиво и, подчеркну, тоже в отличие от японских «медиевистов», связывает как «средневековье», так и «эпоху Возрождения» с феодальным строем, но в различных его формах. III-VI вв. характеризуются им как период установления в Китае феодальных отношений: «феодализм утвердился в огромной стране не сразу…»[66]. Империя Тан названа государством «феодальным, но без феодальной раздробленности»[67]. А начало «эпохи Возрождения» связывается со «временем распада централизованного феодального государства и перехода к феодальной раздробленности»[68]. Централизованное правление, по словам автора, стало мешать развитию отдельных районов страны с их местными особенностями. Так, Китай перешел к политической и экономической децентрализации, а это означало для того времени переход власти в руки местных феодалов[69].
 
Воздержимся от анализа идей Н.И. Конрада по поводу «эпохи Возрождения» (при всей их внешней умозрительности в них содержится, на самом деле, немало принципиально важных соображений, касающихся особенностей состояния китайской культуры на каждом из выделенных стадий и принципов соотношения имперского порядка и духовной жизни общества). Обратим лишь внимание на тот факт, что именно эта периодизация повлекла за собой попытки членения китайского феодализма, а затем и средневековья на эволюционные стадии. Об этом свидетельствуют отзывы о теории Н. И. Конрада, опубликованные уже в конце 1960-х гг. Так, по словам Владимира Ивановича Семанова (род. 1933), Н. И. Конрад выделял древность, раннее средневековье (выделено мною – М.К.), Возрождение и позднее средневековье[70]. О том, что литературный процесс делится Н. И. Конрадом на древность, раннее средневековье и Возрождение, пишет и Николай Трофимович Федоренко (1912-2000)[71]. Тем не менее, приблизительно до рубежа 1970-1980х гг. советские историки-китаисты продолжали рассматривать исторические эпохи после III в. н.э. как «феодальные». Не лишне, думается, привести еще одну перидизационную схему, предложенную Н. Т. Федоренко, в которой выделены: эпоха рабовладельческого строя (VIII в. до н.э. –I в. н.э.), эпоха упадка рабовладельческого строя и формирования феодализма (I-IV вв.), эпоха раннего феодализма (IV-VIII вв.) и эпоха развитого феодализма (VIII-ХII вв.)[72]. Теоретическим обоснованием такого подхода к истории Китая послужил тезис о факультативности понятия «средние века» для стран Востока: «В историографии стран Востока в средние века центральное место занимают проблемы возникновения и развития феодализма»[73]. В обобщающем виде этот тезис сформулирован и в «Советской исторической энциклопедии»: «В большинстве стран Азии и Африки время феодализма выходит далеко за пределы средневековья (т.е. во всемирной истории имеет место хронологическое несовпадение “эпохи средневековья” и времени существования феодализма)»[74].
 
Однако уже в начале 1980-х гг. акцент переносится с проблем «восточного феодализма» на проблемы «восточного средневековья». Более того, в публикациях тех лет можно встретить утверждение, что понятие «средневековый Китая» является традиционным для отечественной науки[75]. На «китайское средневековье» фактически автоматически были перенесены периодизации «феодального строя» -  так утвердились понятия «раннее средневековье», «развитое средневековье», «позднее средневековье». На некоторое время первое из них прочно закрепляется за III-VI вв.[76], возможно, под влиянием соответствующей западной терминологии. Этим термином пользовались и те исследователи (включая автора этих строк), которые стремились, следуя примеру зарубежных коллег, уже на терминологическом уровне подчеркнуть своеобразие эпохи Шести династий и отделить ее от эпох Суй и Тан. Появился также и такой лексический вариант как «на пороге средних веков»[77], использование которого было обусловлено, думается, желанием избежать корреляций с началом европейского Средневековья. К концу прошлого века споры по поводу феодального строя Китая и стадий «китайского средневековья» окончательно ушли в прошлое. Российские китаеведы в целом (и на этот раз без публичных обсуждений) восприняли изложенную ранее периодизацию, утвердившуюся в западной синологии.
 
Итак, многолетние споры по поводу общественного устройства, особенностей развития китайской цивилизации и характеристик отдельных ее этапов привели к пониманию того, что в истории Китая, хронологически совпадающей с европейским Средневековьем, ни одного периода, который мог бы быть отождествлен с последним. Термины «средневековый Китай» или «китайское средневековье», а также все производные от них понятийные сочетания, типа «средневековое китайское мировоззрение», «средневековая китайская философия» и т.д., на самом деле лишены всякого смысла, если не считать, заложенной в них и понятной лишь специалистам «хронологической подсказки». В зарубежной синологии, избежавшей распространения формационного подхода к истории Китая, термины «early medieval China» и«medieval China» могут существовать в виде своего рода профессионального сленга, а порою и аббревиатуры оригинальных названий («Medieval China» вместо «эпохи Суй, Тан, Пяти династий, Северной и Южной Сун»). Тогда как их употребление в отечественной науке, на мой взгляд, крайне нежелательно, т.к. оно ведет к заведомо ложным истолкованиям китайских культурно-исторических процессов и реалий.
 
 
Литература:
На русском языке
Авдиев В.И. История древнего Востока, лекции в высшей партийной школе. М., 1940. 
Алексеев В. М. Наука о Востоке. Статьи и документы. М., 1982.
Бунаков Ю. Гадательные кости из Хэнани. Очерк истории и проблематики в связи с коллекцией ИКДП. М.-Л., 1935 
Голыгина К. И. Китайская проза на пороге средневековья. Мифологический рассказ III-VI вв. и проблема генезиса сюжетного повествования. М., 1983
Гриневич А.П. Китай//Большая Советская Энциклопедия. Т. 32. М., 1936.
Гриневич А.П. Китай//Малая Советская Энциклопедия. Т. 5. М., 1937.
Гриневич П.А. К вопросам истории китайского феодализма// «Проблемы Китая» №14 (1935)
Думан Л.И. Очерк истории Китая//Китай. История, экономика, культура, борьба за национальную независимость. М.-Л., 1940
Илюшечкин В. П. Сословно-классовое общество в истории Китая (опыт системного анализа). М., 1986
Иолк Е.С. К вопросу об основах общественного строя древнего Китая//Проблемы Китая. №2 (1930).
Историография стран Востока (проблемы феодализма). М., 1977
Китайская литература: Хрестоматия. Т. 1. М., 1959.
Книга правителя области Шан (Шан цзюнь шу)/Пер. с кит. вст. ст. и коммент. Л.С.Переломова. М., 1968.
Кокин М., Папаян Г. «Цзинь тянь». Аграрный строй древнего Китая. Л., 1930.
Конрад Н. И. Избранные труды. Синология. М., 1977.
Крымов А.Г. Дискуссия о докапиталистических отношения в Китае в 20-х-30-х годах//Проблемы докапиталистических общества в странах Востока. М., 1971
Крюков М. В., Малявин В. В., Софронов М. В. Китайский этнос на пороге средних веков. М., 1979
Крюков М. В., Малявин В. В., Софронов М. В. Китайский этнос в средние века, М., 1984.
Материалы по экономической истории Китая в раннем средневековье (Разделы «Ши хо чжи» из династийных историй/Пер. А.А.Бокщанина и Лин Кюнъи; вступ. статья и коммент. А.А.Бокщанина. М., 1980.
Никифоров В.Н. Советские историки о проблемах Китая. М., 1970
Никифоров В.Н. Первый марксистский очерк истории Китая. К 80-летию со дня рождения К.А.Харнского (1884-1964)//Краткие сообщения Института народов Азии. №76 (1965)
Поляков А.С. К вопросу о закономерности развития феодальной формации в Китае//Основные проблемы генезиса и развития феодального общества. Пленум ГАИМК (20-22 июня 1933 г). М.-Л., 1934
Сафаров Г.И. Очерки по истории Китая. М., 1933
Семанов В.И. Об исторической основе литературной периодизации// Проблемы периодизации истории литератур народов Востока. М., 1968
Рабство в странах Востока в средние века. М., 1986
Средние века//Советская историческая энциклопедия. Т.13. М. 1971.
Струве В.В. Хрестоматия по древней истории. Т.1. М., 1936.
Федоренко Н. Т. Вопросы периодизации истории китайской литературы//Проблемы периодизации истории литератур народов Востока. М., 1968.
Харнский К. Китай с древнейших времен до наших дней. Хабаровск-Владивосток, 1927.
 
На китайском языке
Ван Тун-лин. Чжунго ши (История Китая). Т.1-4. Бэйпин, 1932; то же. Т.1-2. Пекин, 2008
Ван Тун-лин. Чжунго миньцзу ши (История китайской нации). Т.1-2. Бэйпин, 1934.
И цзин (Канон/Книга перемен)//Сы шу. У цзин (Четверокнижие. Пятиканоние). Т.1. Тяньцзинь, 1989.
Хань шу (Книга [об эпохе/династии Ранняя] Хань/История [династии Ранняя] Хань)/Сост. Бань Гу. Т.6. Шанхай, 1964.
Ханьюй да цыдянь (Энциклопедический словарь китайского языка). Т.1-13. Шанхай, 1986-1992.
Шан цзюнь шу (Книга правителя [области] Шан)// серия Чжу цзи цзи чэн (Корпус философской классики). Т.5. Пекин, 1988.
 
На европейских языках 
Balazs Et. Chinese Civilization and Bureaucracy. Variations on a Theme. New York; London, 1964
Bodde D. Essays on Chinese Civilization/ Ed, intr. By Charles Le Blanc and Dorothy Borei. Princeton, 1981.
The Cambridge History of China. Vol. 1. The Ch’in and Han Empires, 221 B.C. – A.D. 220./Ed. by D. Twitchett, M. Loewe. Cambridge, 1986
The Cambridge History of Ancient China. From the Origins of civilization to 221 B. C. /Ed. by M. Loewe, Ed. L. Shaughnessy. N.-Y., 1999
Early Medieval China. Vol.1-6. 1994-2000
Graft D.A. Medieval Chinese Warfare. 300-900. L.-N.Y., 2002, ,
Greel H.G. What is Taoism? And Other Studies in Chinese Cultural History. Chicago-L., 1970.
Holzman D. Immortals. Festivals and Poetry in Medieval China: Studies in Social and Intellectual History. Ashgate. 1998
Huker Ch.O. Chinese History. A Bibliographical Review. Washington, 1958.
Johnson D.The Medieval Chinese Oligarchy. Boulder, 1977
Maspero H.Le régime feudal et la propriété dans la Chine antiquite. U Mélanges posthunus sur les religions et l’histoire de la China. III. Etudes historiques. Paris, 1950
Miao R. C. Early Medieval Chinese Poetry: the Life and Verse of Wang T’san (A.D. 177-217). Steiner, 1982;
State and Society in Early Medieval China/Ed. By A.E. Dien. Stanford, 1990;
Schmidt-Glintzer H. The Scholar-Official and His Community: the Character of the Aristocracy in Medieval China/Tr. By Th. Jansen//Early Medieval China. 1 (1994).
Steinhard N.Sh. Chinese Imperial City Planning. Homolulu. 1990.
Tanigawa Michio. Rethinking “Medieval China”/Tr. By Victor Xiong//Early Medieval China. N3. 1997.
Zürcher E. The Buddhist Conquest of China. The Spread and Adaptation of Buddhism in Early-Medieval China. Vol.1-2. Leiden, 1959
 
Ст. опубл.: Verbum. Выпуск 12. Диспозиции Средневековья в истории мировой культуры. СПб. И-во С-Петербургского Университета. 2010. С. 72-93.


  1. 1.Крюков М. В., Малявин В. В., Софронов М. В. Китайский этнос в средние века, М., 1984. С.4.
  2. 2.Шан цзюнь шу (Книга правителя [области] Шан)// серия Чжу цзи цзи чэн (Корпус философской классики). Т.5. Пекин, 1988. С. 28; ср. с переводом на русский язык в: Книга правителя области Шан (Шан цзюнь шу)/Пер. с кит. вст. Ст. и коммент. Л.С.Переломова. М., 1968. С. 203.
  3. 3.Чэн Тан 成唐 (成湯) или У Тан 武湯 – основатель государства Шан-Инь. У-ван 武王 (1049? – 1043 гг. до н.э.) – правитель народности чжоусцы, который осуществил завоевание государства Шан-Инь и основал собственное государство – Чжоу.
  4. 4.И цзин (Канон/Книга перемен)//Сы шу. У цзин (Четверокнижие. Пятиканоние). Т.1. Тяньцзинь, 1989. С. 67.
  5. 5.Ханьюй да цыдянь (Энциклопедический словарь китайского языка). Т.1. Шанхай, 1986. С. 585.
  6. 6.Хань шу (Книга [об эпохе/династии Ранняя] Хань/История [династии Ранняя] Хань)/Сост. Бань Гу. Т.6. Пекин, 1964. С. 1704.
  7. 7.Там же. С. 1705.
  8. 8.Фу-си почитается в конфуцианстве не только одним из древнейших правителей, с которым связан начальный этап формирования национальной государственности, но и изобретателем триграмм (ба-гуа 八卦, см. [[Гуа 2|Гуа
  9. 9.Крюков М. В., Малявин В. В., Софронов М. В. Китайский этнос в средние века, М., 1984. С.4.
  10. 10.Кун Ин-да – один из крупнейших комментаторов конфуцианской канонической литературы, которому принадлежит масштабное редактирование древних памятников, предпринятое в VII в.
  11. 11.Чэн Хао – один из крупнейших мыслителей эпохи Северная Сун (960-1127) и основоположников качественно нового варианта конфуцианского учения, известного как «неоконфуцианство».
  12. 12.Ханьюй да цыдянь. Ук. Соч. С. 585.
  13. 13.На русском языке подробно см. Крымов А.Г. Дискуссия о докапиталистических отношения в Китае в 20-х-30-х годах // Проблемы докапиталистических общества в странах Востока. М., 1971.
  14. 14.Ван Тун-лин. Чжунго ши (История Китая). Т.1-4. Бэйпин, 1932.
  15. 15.Ван Тун-лин. Чжунго ши (История Китая). Т.1-2.Пекин, 2008.
  16. 16.Ван Тун-лин. Чжунго миньцзу ши (История китайской нации). Т.1-2. Бэйпин, 1934.
  17. 17.Ван Тун-лин. Чжунго ши ши (1932) Т.2.
  18. 18.Там же. Т.3.
  19. 19. На русском языке см. также Крюков М. В., Малявин В. В., Софронов М. В. Китайский этнос в средние века, М., 1984. С.4.
  20. 20.Алексеев В. М. Наука о Востоке. Статьи и документы. М., 1982. С. 134, 187.
  21. 21.Крымов А.Г. Указ. соч. С. 96.
  22. 22.Там же. С.97. Подробно о дискуссиях начала 1920-х гг. и о взглядах Ху Ши и других китайских ученых на устройство древнекитайского общества см. также Кокин М., Папаян Г. «Цзинь тянь». Аграрный строй древнего Китая. Л., 1930. С. 38-46.
  23. 23.Крымов А.Г. Указ. соч. С. 103.
  24. 24.Никифоров В.Н. Советские историки о проблемах Китая. М., 1970. С. 255.
  25. 25.Там же. С. 202-258.
  26. 26.Иолк Е.С. К вопросу об основах общественного строя древнего Китая // Проблемы Китая. № 2 (1930). С. 87-135.
  27. 27.Алексеев В. М. Указ. соч. С. 229. См. также Никифоров В.Н. Советские историки … С. 233-235.
  28. 28.Бунаков Ю. Гадательные кости из Хэнани. Очерк истории и проблематики в связи с коллекцией ИКДП. М.-Л., 1935.
  29. 29.Поляков А.С. К вопросу о закономерности развития феодальной формации в Китае // Основные проблемы генезиса и развития феодального общества. Пленум ГАИМК (20-22 июня 1933 г). М.-Л., 1934.
  30. 30.Подробно о периодизации «феодального Китая», разработанной А. С. Поляковым см. также в: Никифоров В.Н. Советские историки … С. 238.
  31. 31.Гриневич А.П. Китай//Большая Советская Энциклопедия. Т. 32. М., 1936. С. 521-577; Гриневич А.П. Китай // Малая Советская Энциклопедия. Т. 5. М., 1937. С. 484.
  32. 32.Харнский К. Китай с древнейших времен до наших дней. Хабаровск-Владивосток, 1927.
  33. 33.Никифоров В.Н. Первый марксистский очерк истории Китая. К 80-летию со дня рождения К.А.Харнского (1884-1964) // Краткие сообщения Института народов Азии. № 76 (1965).
  34. 34.Харнский К. Указ. соч. С. 42.
  35. 35.Подробно см. Никифоров В.Н. Советские историки … С. 248-254.
  36. 36.Струве В.В. Хрестоматия по древней истории. Т.1. М., 1936. С. 122-136.
  37. 37.Авдиев В.И. История древнего Востока, лекции в высшей партийной школе. М., 1940. С. 172-190.
  38. 38.Никифоров В.Н. Советские историки … С. 253-254.
  39. 39.Гриневич П.А. К вопросам истории китайского феодализма // «Проблемы Китая»,  № 14 (1935).
  40. 40.Сафаров Г.И. Очерки по истории Китая. М., 1933.
  41. 41.Там же. С. 20.
  42. 42.Там же. С.102-166.
  43. 43.Никифоров В.Н. Советские историки …. С. 255-256.
  44. 44.Думан Л.И. Очерк истории Китая//Китай. История, экономика, культура, борьба за национальную независимость. М.-Л., 1940.
  45. 45.Там же. С. 132.
  46. 46.Там же. С. 131-132.
  47. 47.Tanigawa Michio. Rethinking “Medieval China”/ Tr. By Victor Xiong // Early Medieval China. № 3. 1997. C. 2-3.
  48. 48.Ibid. C. 5-28; Schmidt-Glintzer H. The Scholar-Official and His Community: the Character of the Aristocracy in Medieval China / Tr. By Th. Jansen // Early Medieval China. 1 (1994). C. 60-83
  49. 49.В данном случае я ориентируюсь на формулировку, данную в: Илюшечкин В. П. Сословно-классовое общество в истории Китая (опыт системного анализа). М., 1986. С.123.
  50. 50.Maspero H.Le régime feudal et la propriété dans la Chine antiquite. U Mélanges posthunus sur les religions et l’histoire de la China. III. Etudes historiques. Paris, 1950.
  51. 51.Ibid. C. 143-144.
  52. 52.Bodde D. Introduction to the History of China (1973) // Bodde D. Essays on Chinese Civilization / Ed., intr. By Charles Le Blanc and Dorothy Borei. Princeton, 1981. C. 7-9.
  53. 53.Greel H.G. The Beginning of Bureaucracy in China: The Origin of Hsien // Greel H.G. What is Taoism? And Other Studies in Chinese Cultural History. Chicago-L., 1970. C. 135.
  54. 54.Balazs Et. Chinese Feudalism // Balazs Et. Chinese Civilization and Bureaucracy. Variations on a Theme. New York; London, 1964. С. 31.
  55. 55.Bodde D. Feudalism in China // Bodde D. Essays on … Op.cit. C 119-128.
  56. 56.Например: Graft D.A. Medieval Chinese Warfare. 300-900. L.-N.Y., 2002, Holzman D. Immortals. Festivals and Poetry in Medieval China: Studies in Social and Intellectual History. Ashgate. 1998, Johnson D. The Medieval Chinese Oligarchy. Boulder, 1977.
  57. 57.Miao R. C. Early Medieval Chinese Poetry: the Life and Verse of Wang T’san (A.D. 177-217). Steiner, 1982; State and Society in Early Medieval China / Ed. By A.E. Dien. Stanford, 1990; Zürcher E. The Buddhist Conquest of China. The Spread and Adaptation of Buddhism in Early-Medieval China. Vol.1-2. Leiden, 1959.
  58. 58.Early Medieval China. Vol.1-6. 1994-2000.
  59. 59.Bodde D. Feudalism in China. C. 119.
  60. 60.Steinhard N.Sh. Chinese Imperial City Planning. Homolulu. 1990. С. 72.
  61. 61.Huker Ch.O. Chinese History. A Bibliographical Review. Washington, 1958. C. 7-8.
  62. 62.The Cambridge History of China. Vol. 1. The Ch’in and Han Empires, 221 B.C. – A.D. 220 / Ed. by D. Twitchett, M. Loewe. Cambridge, 1986; The Cambridge History of Ancient China. From the Origins of civilization to 221 B. C. / Ed. by M. Loewe, Ed. L. Shaughnessy. N.-Y., 1999.
  63. 63.Китайская литература: Хрестоматия. Т. 1. М., 1959. С. 5-47.
  64. 64.Конрад Н. И. Избранные труды. Синология. М., 1977. С. 517-542.
  65. 65.Китайская литература: Хрестоматия… С. 18-26.
  66. 66.Конрад Н. И.  Указ. соч. С. 517.
  67. 67.Там же. С. 524.
  68. 68.Там же. С. 529.
  69. 69.Там же.
  70. 70.Семанов В.И. Об исторической основе литературной периодизации // Проблемы периодизации истории литератур народов Востока. М., 1968. C. 14.
  71. 71.Федоренко Н. Т. Вопросы периодизации истории китайской литературы // Проблемы периодизации истории литератур народов Востока. М., 1968. С. 77.
  72. 72.Там же. С. 85-86.
  73. 73.Историография стран Востока (проблемы феодализма). М., 1977. С. 6.
  74. 74.Средние века // Советская историческая энциклопедия. Т.13. М. 1971. С. 766.
  75. 75.Рабство в странах Востока в средние века. М., 1986, С. 6.
  76. 76.Например: Материалы по экономической истории Китая в раннем средневековье (Разделы «Ши хо чжи» из династийных историй / Пер. А.А.Бокщанина и Лин Кюнъи; вступ. статья и коммент. А.А.Бокщанина. М., 1980).
  77. 77.Крюков М. В., Малявин В. В., Софронов М. В. Китайский этнос на пороге средних веков. М., 1979; Голыгина К. И. Китайская проза на пороге средневековья. Мифологический рассказ III-VI вв. и проблема генезиса сюжетного повествования. М., 1983.

Автор:
 

Новые публикации на Синологии.Ру

Россия и Китай: XI международная конференция в Казани
Ян Цзиннянь и современный перевод «Богатства народов» на китайский язык
О первом томе 10-томной «Истории Китая»
История основных историко-культурных зон Восточной Азии в Х–I тыс. до н.э. в первом томе «Истории Китая»: подходы и концепции
О статье Е.Ф. Баялиевой «Правовые аспекты обращения бумажных денег в юаньском Китае»


© Copyright 2009-2018. Использование материалов по согласованию с администрацией сайта.