Синология.Ру

Синология.Ру

Тематический раздел


Ван Цянь

王粲, Ван ЦяньВан ЦяньВан Чжун-сюань. 177, Шаньян (совр. уезд Цзоусянь пров. Шаньдун) — 217. Один из ведущих представителей поэтич. течения Цзяньань фэнгу (Цзяньаньская поэзия), входит в плеяду Цзяньань ци цзы («Семь цзяньаньских мужей»).
 
Жизнеописание Ван Цаня представлено в офиц. историографич. соч. «Сань-го чжи» («Анналы Трех царств», «Трактат о Троецарствии», цз. 21) Чэнь Шоу (223?—297?). Род. в аристократич. семействе, оппозиционно настроенном к правящему дому империи Хань (III в. до н.э. — III в. н.э.) в момент его полной деградации. В 17 лет поступил на военную службу. Участвовал во многих военных кампаниях и оказался в лагере военачальников из дома Сунь, укрепившихся в юго-вост. р-нах страны. Там он провел ок. 16 очень тяжелых для него в психологич. плане лет. Воспользовавшись смертью своего непосредственного начальника (208), Ван Цань примкнул к армии Цао Цао, к-рая вела боевые действия на юге, и вскоре вошел в число его доверенных лиц. После того как Цао Цао был пожалован собств. удельным владением (Вэй, 212), Ван Цань получил должность секретаря первого министра (шичжун) в местной администрации. Последние два года жизни (214-216) Ван Цань провел в действующей армии, сопровождая Цао Цао в очередном походе. Тяжело заболел и умер по пути домой.
 
Поэтич. наследие Ван Цаня состоит из 26 стихотв. произв. (в жанрах юэфу и ши), большая часть к-рых сгруппирована в циклы, а также 20 полных текстов и 5 фрагментов од-фу.
 
Существует три наиболее авторитетных собр. соч. Ван Цаня: одно — под назв. «Ван шичжун цзи» («Собрание произведений Вана — секретаря первого министра», 1 цз.) — входит в сводное изд. Чжан Пу (1602-1641); два других, имеющих разный объем, но одно назв. — «Ван Чжун-сюань цзи» («Собрание произведений Ван Чжун-сюаня»), включены соответственно в два изд.: объе­мом 1 цз. — в свод Ян Фэн-чэня (XIX в.); объемом 3 цз. — в свод Дин Фу-бао (1874—1952; публикация 1916). Лирич. произв. Ван Цаня представлены в своде Дин Фу-бао (публикация 1964) и Лу Цинь-ли (1911—1973), одические — в сво­де Янь Кэ-цзюня (1762-1843).
 
Все юэфу Ван Цаня — циклы «Тай мяо сун» («Славословие храму предков», 3 текста) и «Юй-эр у гэ» («Песни для танца Юй-эр», 4 текста) — как про­изведения ритуально-церемониального характера близки к офиц. культовым песнопениям (гун юэ). Среди собственно стихотворных (ши) текстов отд. тематич. группу (4 стихотв.) составляют поэтич. послания друзьям поэта: «Цзэн Цай Цзы-ду ши» («Стихи в дар Цай Цзы-ду»), «Цзэн Вэнь Шу-лян» («В дар Вэнь Шу-ляну») и т.п. Это пространные (в 50 строк и более) тексты, написан­ные преимущественно четырехсловным (по 4 иероглифа в строке) поэтич. размером. Их содержание — комплименты адресатам, в к-рые вплетены соо­бщения о собств. делах и настроениях, а осн. мотив — тоска по отсутствию близкого по духу человека. Поэтич. послания Ван Цаня фактически зачинают данное тематич. направление (стихи о мужской дружбе) в кит. лирике. Остальные стихотворения — произведения средних форм (10-18 строк), на­писанные исключительно пятисловным размером. Лучшим из них считается цикл «Ци ай ши» («Стихи о семи печалях», «Семь печалей»). Он состоит из трех стихотв., созд. в разные годы (193-208). В первом рассказывается о бегстве поэта из разоренного войной г. Чанъань. Оно открывается строками, живописующими картину обезлюдевшего города, по улицам к-рого рыщут дикие звери. Центр. место занимает эпизод встречи поэта с беженкой. По­нимая, что она не в силах спасти ребенка от голодной смерти, мать оставляет плачущего младенца на обочине дороги: «Мне навстречу голодная женщина еле бредет, / Только что положила дитя в придорожную зелень. / И теперь жадно ловит ребенка отчаянный крик, / Но, лицо утирая, к нему возвратиться не смеет: / „Я не знаю ни места, ни срока кончины своей, / Но вдвоем мы от голода сгинем скорее!“».
 
Во втором стихотворении поэт исповедуется в своих переживаниях во время пребывания на юге. Тоска по родине, ощущение своей ненужности, пони­мание несбыточности прежних надежд — все это тяжким грузом лежит на его сердце: «Этим диким местам мне родными не стать, / <...> / В одиночестве маясь, без сна эту ночь проводя, / Вновь оденусь и звонкую цитру настрою. / Ее шелковым струнам сердечную вверю тоску, / И печальный напев отзовется такой же тоскою».
 
Мотив игры на муз. инструменте во время ночной бессонницы впоследствии станет поэтич. формой, передающей душевные муки лирич. героя.
 
В третьем стихотворении Ван Цань возвращается к теме войны и бедствий, обрушившихся на страну и народ. Стоя на крепостной стене пограничного укрепления, он с горечью взирает на разбитый внизу лагерь: «Поднимаюсь на башню, смотрю, что творится вокруг, — / Боевые знамена повсюду простор полонили. / Тот, кто воином стал, не мечтает вернуться домой, / За ворота сту­пил и исчез, словно канул в могилу. / Наши дети и братья томятся в жестоком плену, / Реки горестных слез всю отчизну собой наводнили».
 
К «Ци ай ши» по содерж. и настроению примыкают стихотв. «Юн ши» («Во­спевание истории», «[Стихи] на исторические темы») и цикл «Цун цзюнь син» («Стихи о походе», 5 текстов). В «Юн ши» поэт размышляет о принципах управления гос-вом через обращение к эпизодам прошлого. Подобный лит. прием также обретет устойчивость в последующей лирич. поэзии, приведя к возникновению целого тематич. направления, называемого Юн ши.
 
В цикл «Цун цзюнь син» вошли стихи, созданные во время последней для Ван Цаня кампании. Находясь при Цао Цао, он, видимо, исполнял функции при­дворного поэта, запечатлевающего для потомков мудрость и мужество царст­венного полководца. Об этом свидетельствует насыщенность стихотворений восхвалениями Цао Цао и описаниями успешных боевых действий его армии (хотя в действительности описываемый поход закончился неудачей). Тем не менее и здесь явственно звучат мотивы бедствий военного времени, тяготы солдатской доли: «Солдаты тоскуют о доме, / Кто способен избежать таких горестных чувств?!» И еще: «Одинокая птица над ними порхает-кружит, / Сердца воинов грустные чувства сжимают». Словно бы в неожиданном по­рыве откровенности (второе стихотв.), поэт признается, что он и сам отнюдь не преисполнен оптимизма. Тело, непривычное к доспехам, ноет и болит, на душе тоскливо, мучают сомнения, и не с кем ими поделиться.
 
С лирикой гражданского характера резко контрастируют стихотворения о пи­рах и придворных увеселениях, пронизанные панегирич. и безмятежно-валь­яжными интонациями: «Гун янь ши» («Стихи о пире князя»), два первых сти­хотворения из цикла «Цза ши» («Стихи о разном»); второе стихотворение цикла: «Колесницы стоят, отдыхая от быстрой езды, / В ряд застыли вдоль пойменной зелени края. / Аромат источают повсюду цветы орхидей, / Лото­сов островки нежно-розовый свет излучают. / <...> / Вот уж солнца на западе клонится диск, / Но, весельем объяты, вернуться домой забываем».
 
Еще одну самостоятельную по мотивам и настроениям группу в лирике Ван Цаня образуют два стихотворения-аллегории, входящие в цикл «Цза ши». Они похожи на притчи, в к-рых развиваются темы, восходящие к тв-ву великих поэтов древности Цюй Юаня и Сун Юя: неизбежность одиночества истинно благородного человека (метафорически сравнивается с фениксом), невозмож­ность для него идти на компромисс, предавать собственные идеалы и ценно­сти: «На трепещущих крыльях в небе феникс парит, / В одиночестве стран­ствует, не имея места для отдыха. /<...> / Мечтаю встретиться с ним в разгар весны, / И, обнявшись шеями, насладиться общением друг с другом». Из пятого стихотворения цикла «Цза ши»: «Быстрый сокол вдруг слабою горлин­кой стал, / Средь речных берегов он отныне убежище ищет. / <...>/ Вызывает лишь слезы теперь его вид, / По природе своей стал никчемным и нищим». Прозопоэзия Ван Цаня представлена «классическими» и «лирическими» ода­ми. Самое изв. одич. произведение — «Дэн лоу фу» («Ода о том, как взошел на башню», «Взошел на башню»). Это развернутый вариант заключит. стихотво­рения из цикла «Ци ай ши» («Семь печалей»). В ней воспроизводится та же лит. ситуация (поэт, стоящий на башне военного лагеря), в ней те же мысли и настроения (скорбные думы поэта о бедствиях страны, отчаяние от пони­мания собств. бессилия что-либо изменить).
 
Ван Цанем созданы также оды: на военные и соц.-политич. темы («Чу чжэн фу» — «Ода [о] начале похода», «Да шу фу» — «Ода [о] великой жаре»); с даос.- филос. (бренность бытия, эфемерность человеч. деяний: «Цзю фу» — «Ода [о] вине») и даос.-религ. мотивами («Ю хай фу» — «Ода [о] путешествии к мо­рю», «Бай хэ фу» — «Ода [о] белом журавле», фрагмент). Многочисленные оды на любовные темы представляют разл. образцы, свойств. этому тематич. направлению одич. поэзии: мотив разлуки («Гуа фу фу» — «Ода [о] вдове»); сюжет любви простого смертного к божеств. красавице, идущий от творений Сун Юя («Шэнь нюй фу» — «Ода [о] божественной деве»); «любовная» ода с эротич. подтекстом («Сянь е фу» — «Ода [о] сдерживании чувств»). В по­следней повествуется о мужских любовных переживаниях, вызв. чувственным влечением к возлюбленной (аналогичные по содержанию произведения имеются и у др. литераторов Цзяньань фэнгу: Чэнь Линя, Жуань Юя, Ин Яна).
 
«Лирические» оды Ван Цаня, напр. «Ин у фу» («Ода [о] сером попугае»), «Хэ фу» («Ода [о] горном фазане»), «Ян лю фу» («Ода [о] тополе и иве»), по всем формальным показателям (небольшой объем, пятисловный поэтич. размер, четкость рифмы) являются стихотв. текстами. По содержанию это произве­дения басенно-аллегорич. характера, перекликающиеся со стихотворениями- аллегориями. По мнению Цао Пи, автора трактата «Дянь лунь лунь вэнь» («Рассуждения о классическом»), именно «лирические» оды были лучшими творениями Ван Цаня: «Ван Цань — тот особо силен в ритмических цы и фу-воспеваньях» (пер. В.М. Алексеева).
 
Поэзия Ван Цаня очень высоко ценилась его современниками, а также кри­тиками V-VI вв. В трактате «Ши пинь» («Категории стихов») он включен в список поэтов высшей категории. Автор трактата Чжун Жун видит в нем литератора, равного Цао Чжи, и отмечает уникальность его худ. манеры: «находясь между Цао Чжи и Лю Чжэнем, создал свой особый художествен­ный стиль». Еще более восторж. отзыв о тв-ве Ван Цаня, где он также ставится в один ряд с Цао Чжи, дан в эссе «Ши лунь» («Суждения/Рассуждения историка») Шэнь Юэ: «...художественный стиль Цзы-цзяня [Цао Чжи] и [Ван] Чжун-сюаня основан на их духе (ци [1]) и свойствах натуры (чжи [4]). Оба они, друг от друга неотделимые, были способны властвовать над прекрасным; одни лишь они смогли отразить то время». В антологию «Вэнь сюань» («Избранные произведения изящной словесности») включены ода «Дэн лоу фу» и десять стихотв. Ван Цаня — больше, чем произведений любого др. представителя Цзяньань фэнгу, не считая Цао Чжи.
 
В дальнейшем мнения критиков о тв-ве Ван Цаня разделились. Одни про­должали видеть в нем одного из ведущих литераторов Цзяньань фэнгу и всей эпохи Шести династий (Лю-чао, III—VI вв.). Другие, наоборот, доказывали слабость его поэтич. дара и невыразительность (кроме образцов гражданской лирики) его творений. Самый резкий отзыв принадлежит Ху Ин-линю (1551—1602): «Талант Чжун-сюаня слаб, что куски сырого мяса, прилипшие к костям». В совр. исследованиях Ван Цань признается лидером плеяды «Се­ми мужей», но осн. внимание по-прежнему направлено на его гражданскую лирику. И теперь никогда и никем он не ставится в один ряд с Цао Чжи.
 
Источники:
Сань-го чжи, цз. 21 / Т. 3, с. 597-598; Вэнь сюань, цз. 11, 21-23 / Т. 1; Ван Чжун-сюань цзи; Ван шичжун цзи; лирич. произв. Ван Цаня см. в сводных изд., к-рые в Библиогр. II даны на имена их составителей: Лу Цинь-ли (т. 1, с. 357-367) и Дин Фу-бао 1964 (т. 1, с. 175-182), одич. произв. см.: Янь Кэ-цзюнь, т. 1, с. 958-966; Ван Цань. Взошел на башню (пер. Г. Ярославцева); Семь печалей (пер. А. Старостина) // Антология китайской поэзии. Т. 1, с. 293-298; Ван Цань. Взошел на башню (пер. В.М. Алексеева) // Шедевры китайской классической прозы. Т. 1, с. 198-199; Хрестоматия по литературе Китая, с. 151-154; Die Chinesische Anthologie... Vol. 1, р. 311-312, 373-377; Climbing the Tower // Watson B. Chinese Rhyme-prose..., p. 21-24; Poem of Seven Sorrows // An Anthology of Chinese Verse, p. 26-27; Rhapsody on Climbing the Tower // Wen xuan... Vol. 2, p. 237-242; Stilling Evil Passions // Hightower J.R. The Fu of T’ao Ch’en, p. 174-175.
 
Литература:
Алексеев В.М. Труды по китайской литературе. Кн. 1, с. 382; Вэй Цзинь вэньсюэ ши, с. 106-113; Вэй Цзинь Нань-бэй-чао вэньсюэ ши цанькао цзыляо. Т. 1, с. 138-199; Линь Гэн. Чжунго вэньсюэ цзянь ши. Т. 1, с. 167-168; У Юнь. Цзяньань ци цзы цзи цзяо чжу, с. 141-142; Чжун Жун Ши пинь и чжу, с. 58-59; Шэнь Юэ. Ши лунь, с. 1099-1100; Frankel H.H. The Flowering Plum..., p. 28-29; Miao R.C. Early Medieval Chinese Poetry...
 
Ст. опубл.: Духовная культура Китая: энциклопедия: в 5 т. / Гл. ред. М.Л.Титаренко; Ин-т Дальнего Востока. - М.: Вост. лит., 2006 – . Т. 3. Литература. Язык и письменность / ред. М.Л.Титаренко и др. – 2008. – 855 с. С. 240-243.

Автор:
 

Новые публикации на Синологии.Ру

История основных историко-культурных зон Восточной Азии в Х–I тыс. до н.э. в первом томе «Истории Китая»: подходы и концепции
О статье Е.Ф. Баялиевой «Правовые аспекты обращения бумажных денег в юаньском Китае»
Частотный иероглифический словарь классических китайских текстов и его использование в тематическом и жанровом анализе
Дневники В.М. Алексеева в «Синологической картотеке» учёного
История перевода Нового Завета на китайский язык свт. Гурием Карповым


© Copyright 2009-2018. Использование материалов по согласованию с администрацией сайта.