Синология.Ру

Синология.Ру

Тематический раздел


Бао Чжао

鮑照, Бао Мин-юань. 414?, уезд Дунхай (совр. г. Ляньюньган пров. Цзянсу) — 466. Один из ведущих поэтов своего времени и всей эпохи Шести династий (Лю-чао, III—VI вв.).
 
Отд. жизнеописания Бао Чжао нет. Его биография восстанавливается по от­рывочным сведениям, содержащимся в разл. письменных источниках эпохи Шести династий и в собственном тв-ве поэта. Предполагаемые годы рож­дения колеблются от 405 до 422, наиболее вероятным из них в совр. исследованиях называется 414-й. Бао Чжао происходил из незнатного и небогатого провинциального чиновничьего семейства, жившего до частичного завоева­ния Китая (311-317) в сев. р-нах страны (г. Шандан совр. пров. Шаньси). Судя по его высказываниям, он рано осиротел и провел юность в нищете. Его служебная карьера прослеживается с 430-х, когда он занимал пост чиновника из личной охраны (шилан) принца Лю И-цина (403-444; офиц. титул Линь-чуань-ван — Линьчуаньский принц/князь) — составителя знаменитого сб. «Ши шо синь юй» («Новое изложение рассказов, в свете ходящих», «Ходячие толки в новом пересказе»). После прихода к власти императора Сяо-у-ди (454-464) дин. Сун (Лю Сун, 420-478) Бао Чжао был принят в штат высшего учебного заведения (Тайсюэ) с возведением в ученое звание боши (ученый-эрудит) и одновременно назначен на секретарскую должность (шэжэнь) в Имп. секретариат (Чжуншу). В конце правления Сяо-у-ди он дважды был уездным начальником, после чего получил пост адъютанта (цаньцзюнь) при Линьхайском принце/князе Цзы-сюе (Линьхай-ван Цзы-сюй — седьмой сын Сяо-у-ди), ставшем (несмотря на юный возраст) военным губернатором (цыши) пров. Цзинчжоу (южн. часть совр. пров. Хубэй). После кончины отца Линьхайский принц поднял восстание против нового монарха; Бао Чжао погиб в бою.
 
Известно, что большая часть созданного Бао Чжао утрачена. Тем не менее со­хранившееся лит. наследие поэта весьма объемно: 130 стихотворений (44 в жан­ре юэфу, остальные — собственно стихи-ши), 9 од (фу) и ок. 30 произведений разл. жанров, традиционно относимых к худ. словесности (вэнь), в т.ч. доклады трону или меморандумы (бяо), донесения (ци [4]), письма (шу [4]), памятные надписи (мин [5]) и славословия (сун). Сохранились сведе­ния о существовании в VII-X вв. «Бао цаньцзюнь цзи» («Собрание произве­дений Бао-адъютанта») объемом 10 цз. Имеющийся в наст. время вариант собр. соч. Бао Чжао (под тем же назв.) был составлен (отредактирован) Ван Ши-сянем (XVI в.) для подготовленного им же «Хань Вэй чжу мин цзя цзи» («Собрания сочинений прославленных литераторов [эпох] Хань и Вэй») и впо­следствии включен в сводные изд. Чжан Пу (1602-1641) и Дин Фу-бао (1874— 1952; публ. 1916). Имеются также его отд. коммент. издания. Кроме того, ли­рика Бао Чжао представлена в сводах Дин Фу-бао (публикация 1964) и Лу Цинь-ли (1911-1973); одич. и прозаич. произведения — в своде Янь Кэ-цзюня (1762-1843).
 
Гл. мотивы лирики Бао Чжао — это переживания по поводу ничтожности собств. судьбы, усиленные мыслями, с одной стороны, о неумолимом и всеразрушающем беге времени, а с другой — о совр. ему смутной поре. Тема бренности жизни и эфемерности человеч. деяний отчетливо звучит уже в ран­них произв. поэта, включая знаменитый, состоящий из 18 стихотворений цикл (относится к жанру юэфу) «Ни син лу нань» («Вторя [песням о] дорожных тяготах», «Дорожные тяготы»). Личные беды — утрата близких (сестры, жены), неудавшаяся, по мнению самого Бао Чжао, служебная карьера — усугубили его природный пессимизм. О настроении и особенностях мировосприятия поэта лучше всего свидетельствуют строки из стихотв.-юэфу «Дай Хаоли син» («На тему „Хаоли“»), написанного по мотивам древней нар. песни (юэфу миньгэ): «Вечная, неизбывная владеет мною печаль, / Умру и превращусь в прах, на котором оставят следы лисы и зайцы» (пер. Е.В. Рудис).
 
Отд. группу в тв-ве Бао Чжао составляют произведения, в к-рых поэт сетует на свою безвестность и нищету. Так, в юэфу под выразительным назв. «Дай пинь цзянь ку чоу син» («На тему „Горько страдаю от бедности и ничтожества“») читаем: «Прозябаю в безвестности — хоть и смертельно страдаю, / Видно, жизнь суждено провести в нищете и печалях. / С тяжким вздохом встречаю рассветное небо, / День и ночь убиваюсь, что ничтожен и жалок».
 
Мотивы страданий «маленького человека» и равнодушия к нему «сильных мира сего» отчетливо звучат и в стихотворениях о военных походах, состав­ляющих др. тематич. группу в тв-ве Бао Чжао — участника многих военных кампаний и сражений. Одним из лучших образцов этой группы да и всей гражданской лирики поэта считается юэфу «Дай Дунъу син» («На тему „Песни о Дунъу“», «Песня о Дунъу»), где рассказывается о старом солдате, всю жизнь верой и правдой прослужившем государю, а теперь обреченном на нищенское прозябание: «Времена изменились, / Кто теперь вспомнит о моих заслугах? / Юным и крепким покинул семью, / Нищим и старым вернулся в свой дом» («Песня о Дунъу», пер. Е.В. Рудис).
 
Чувство одиночества и неизбывной тоски, мысли о тщетности надежд на встречу с другом или взаимное счастье с любимым пронизывают стихотворе­ния Бао Чжао на тему дружбы и его любовно-лирич. произведения. Выра­зительным примером любовной лирики поэта служит юэфу «Дай бай тоу инь» («На тему „Песнь о седой голове“», «Плач о сединах»), написанное по моти­вам одноим. стихотворения (песни), приписываемого поэтессе Чжо Вэнь-цзюнь (супруга великого поэта-одописца II в. до н.э. Сыма Сян-жу): «Смотрит на тебя вражда сама, / А когда-то ведь была мечта. / Гаснет пламя вспых­нувшей любви, / Радость с горем слиты на пути» («Плач о сединах», пер. С.А. Торопцева).
 
Считается, что именно душевные терзания поэта и его постоянный страх пе­ред смертью заставили его обратиться к идее обретения бессмертия. Стихо­творения с даос.-религ. мотивами, герой к-рых — даос. адепт, обретший вечную жизнь и неземное могущество, тоже занимают важное место в поэтич. наследии Бао Чжао (напр., юэфу «Дай шэн тянь син» — «На тему „Возношусь в небеса“», «Поднимаюсь на небо»): «Следуя за учителем, вступаю на далекую священную гору, / Заключаю дружбу с бессмертными и прислуживаю им. / <...> / Вдыхаю весну, устраиваюсь на ночлег у сосны, / Сплю в облаках, повелительно смотрю на небесное движение» («Поднимаюсь на небо», пер. Е.В. Рудис).
 
От разобранных тематич. групп заметно отличаются пейзажно-лирич. произв. Бао Чжао. Им свойственны элегичность, чуткость к красоте окружающего мира, настроение внутр. умиротворенности, а также выразительность и от­носительная простота слога, к-рая особенно заметна по сравнению со стилистич. особенностями поэзии Се Лин-юня — основоположника пейзажной лирики (шань-шуй ши ‘поэзия/стихи гор и вод’) и современника Бао Чжао. Приведем, напр., строки из стихотв. «Ван гу ши» («Смотрю на одинокий ка­мень»): «В благодатной долине на юг от великой Янцзы / Склон утеса холодный деревьями густо порос. / На проталинах снежных краснеют бутоны цве­тов, / Распустившимся веткам не страшен жестокий мороз» («Смотрю на оди­нокий камень», пер. Л.Е. Бежина).
 
Особое внимание в совр. исследованиях обращается также на стихотворения-аллегории (юн [5] ‘воспевания’) Бао Чжао, с к-рыми связывается начальный этап развития данной разновидности лирич. поэзии.
 
Из одич. произведений Бао Чжао наибольшей известностью пользуются «У чэн фу» («Ода [о] городе, заросшем сорняком», «Заросший, заброшенный город») и «У хэ фу» («Ода [о] танцующем журавле», «Танцующий журавль»). Первая посвящена г. Гуанлин (на месте совр. г. Цзянду в центр. части пров. Цзянсу). Он был основан как столица удельного владения (го [1]) еще в первой пол. эпохи Хань (III в. до н.э. — III в. н.э.) и в течение многих столетий оставался процветающим и богатым городом. В 456 местный правитель (принц крови Цзинлин-ван Лю Дань — Цзинлинский принц/князь Лю Дань) поднял вос­стание против трона. Оно было жестоко подавлено: Гуанлин, где на тот мо­мент проживало более 45 тыс. мирных жителей, был взят штурмом и почти полностью разрушен; все мужчины, достигшие совершеннолетия, убиты, жен­щины отданы на потеху солдатам. Рассказывается, что Бао Чжао довелось по­бывать на руинах Гуанлина через три года (в 459 или 460) после его унич­тожения. И он, пораженный недавней трагедией, сочинил поэму-реквием, начертав ее текст (74 строки) на остатках городской стены. В ней воспроиз­водится страшная картина гибели города; с еще большей экспрессией, чем в лирике поэта, здесь звучат мотивы беззащитности, общей трагичности жиз­ни человека и безжалостности времени по отношению к людским деяниям: «все прахом пойдет, уничтожено будет» («Заросший, заброшенный город», пер. В.М. Алексеева).
 
Ода «У хэ фу» посвящена воспеванию «сокровенного журавля» (сюань хэ; см. Хэ [4]) — волшебной птицы даос. верований. Существовало (сохрани­лись только фрагменты) соч. «Сян хэ цзин» («Канон журавлей»), приписы­ваемое легендарному мудрецу Фуцю-гуну, о к-ром ничего не известно, кроме имени. В нем говорится, что «журавль — птица, содержащая в себе Муж­ское/Светлое начало — ян [1] (инь—ян). Его пневма (ци [1]) — золото; его семя (цзин [3]) — огонь. <...> Через шестьдесят лет с ним происходит малое превращение, еще через шестьдесят лет — боль­шое превращение. После тысячи шестисот лет его внешность уже не меняет­ся, а сам он становится белого цвета. <...> На седьмом году [этого периода жизни] может свободно парить у Звездной реки. А еще через семь лет по­стигает искусство танца». Ода Бао Чжао открывается ссылкой на «Канон журавлей»; далее подробно рассказывается о необыкновенной красоте и чудес­ных свойствах сюань хэ: «Его внутренний взор алый цвет заключает в себе и горит как звезда, а вершина его головы вся в сгущенно-малиновой краске и пышной зарею сверкает. Он вытягивает свою круглую шею во всей ее неге и тонкой красе, и изящество прямо ни с чем не сравнимое длинных своих, ног стройных своих. Он складывает свои перья, как иней белейшие <...>» («Тан­цующий журавль», здесь и ниже пер. В.М. Алексеева). Хотя этой волшебной птице и приходится «возвращаться в крикливую мерзость людского мира», где она даже может попасть в неволю, тем не менее благодаря своим внутр. силам она способна преодолеть любые трудности и испытания и, объединившись с себе подобными существами, в свободном полете-танце унестись в незем­ные дали: «Со свистом и с шумом слетаются вместе они и смотрят тогда друг на друга, любуясь <...> Крылом, от земли отметнувшимся прочь, оставляют весь мир за собой с его прахом и пылью». Ода Бао Чжао воспринимается не столько как переложение даос. легенд, сколько как гимн творч. личности, могуществу ее таланта и дух. совершенства.
 
Поэзия Бао Чжао пользовалась признанием среди современников поэта и лит. критиков ближайших к нему поколений. Наиболее развернутая характери­стика его лирики содержится в знаменитом лит.-теоретич. трактате нач. VI в. «Ши пинь» («Категории стихов») Чжун Жуна. Несмотря на то что Чжун Жун счел возможным отнести Бао Чжао только к литераторам второй (средней) категории, он особо отмечает силу его поэтич. дара (в терминологии крити­ка — цай сю ‘благоухание таланта’) и самобытность его тв-ва, составляющего, по мнению автора «Ши пинь», отд. направление (цзя [2] ‘школа’) в поэзии эпохи Лю Сун. В самых авторитетных антологиях эпохи Шести династий «Вэнь сюань» («Избранные произведения изящной словесности») и «Юй тай синь юн» («Новые напевы Нефритовой башни») тв-во Бао Чжао представлено соответственно 18 (включая обе названные оды) и 9 произв. Т.о., он отнесен составителями обеих антологий к числу десяти лучших поэтов древности и эпохи Лю-чао.
 
Тезис о самобытности тв-ва Бао Чжао полностью разделяли лит. критики последующих ист. эпох. В X—XII вв. утвердилось спец. понятие Юань-цзя сань да цзя — «Три великие [поэтические] школы / Три великих мастера [периода под девизом] Юань-цзя» (424—453 — годы правления императора Вэнь-ди дин. Лю Сун) для определения тв-ва Бао Чжао, Се Лин-юня и Янь Янь-чжи. Появление такого понятия означает, что каждый из этих поэтов признавался основоположником отд. поэтич. стиля. В особую заслугу Бао Чжао ставились гражданский пафос его произведений и обращение поэта к худ. опыту нар. песни. Аналогичные оценки его тв-ву даются и в совр. исследованиях. При­чем, по мнению нек-рых ученых (напр., Chang Kang-yi), его интерес к пе­сенному фольклору был обусловлен не только и не столько сочувствием к простым людям (характеристики Бао Чжао как «народного поэта»), сколько поисками новых изобразительных средств. И действительно, его поэзия от­крыла новые горизонты для поэтики кит. лирики. Существенный вклад, как отмечается во многих работах, Бао Чжао внес и в развитие семисловного стиха (по 7 иероглифов в строке) — ци янь ши, к-рый со временем занял главен­ствующее положение в «классической» — эпох Тан (618—907) и Сун (960— 1279) — лирике.
 
Источники:
Вэнь сюань / Т. 1 (см. Содерж.); Бао цаньцзюнь цзи; Бао цаньцзюнь цзи чжу / Коммент. Хуан Цзе; то же / Коммент. Цянь Чжэнь-луня; Бао цаньцзюнь ши чжу; Юй тай синь юн, цз. 4 / Т. 2; сводные изд., содер­жащие лирику Бао Чжао, см. в Библиогр. II, где они даны на имена их составителей: Дин Фу-бао (т. 1, с. 664—708) и Лу Цинь-ли (т. 2, с. 1295—1313), одич. и прозаич. произв. см.: Янь Кэ-цзюнь, т. 3, с. 2867—2690; Антология китайской поэзии. Т. 1, с. 347—358; Китайская пейзажная лирика III—XIV вв. ..., с. 43—51; Классическая поэзия Индии, Китая..., с. 232—233; Резной дракон..., с. 196—206; Торопцев С.А. Поэтический цикл «Плач о сединах», с. 43; Хрестоматия по литературе Китая, с. 201—205; Шедевры китайской классической прозы в пер. акад. В.М. Алексеева. Т. 1, с. 250—256; An Anthology of Chinese Verse, р. 142—156; Die Chinesische Anthologie... Vol. 1 (см. Содерж.); New Songs from a Jade Terrace..., p. 115—119; Watson B. Chinese Rhyme-prose..., p. 92—96; Wen xuan... Vol. 2, р. 253—262; vol. 3, р. 75—82.
 
Литература:
Бадылкин [Бежин] Л.Е. Жанр народной песни в творчестве Бао Чжао; он же. О поэ­зии Бао Чжао; Бежин Л.Е. Се Линъюнь, с. 153-161; Рудис Е.В. Тема бренности жизни в поэзии Бао Чжао; она же. Тема дружбы в поэзии Бао Чжао; она же. Тематическое своеобразие поэзии Бао Чжао; Ван Чжун-лин. Чжунго чжунгу шигэ ши, с. 595-626; Вэй Цзинь Нань-бэй-чао вэньсюэ яньцзю, с. 418-423; Линь Гэн. Чжунго вэньсюэ цзянь ши. Т 1, с. 221-224; Лу Кань-жу, Фэн Юань-цзюнь. Чжунго ши ши. Т 2, с. 374-378; Тань Пи-мо. Чжунго вэньсюэ ши ган. Т 1, с. 194-196; Ху Го- жуй. Вэй Цзинь Нань-бэй-чао вэньсюэ ши; Цао Дао-хэн. Хань Вэй Лю-чао фуцы, с. 162-167; Цао Дао-хэн, Шэнь Юй-чэн. Нань-бэй-чао вэньсюэ ши, с. 83-92; Чжунго вэньсюэ ши. Т. 1, с. 271-275; Чжунго лидай шигэ цзаошан цыдянь, с. 250-252; Чжун Жун Ши пинь и чжу, с. 144-146; Юй Сюэ-фан. Бао Чжао шэнпин цзи ци ши вэнь яньцзю; Chang Kang-yi. Pao Chao: In Search of Expression // Chang Kang-yi. Six Dynasties Poetry; Kotzenberg H. Der Dichter Pao Chao († 466).
 
Ст. опубл.: Духовная культура Китая: энциклопедия: в 5 т. / Гл. ред. М.Л.Титаренко; Ин-т Дальнего Востока. - М.: Вост. лит., 2006 – . Т. 3. Литература. Язык и письменность / ред. М.Л.Титаренко и др. – 2008. – 855 с. С. 212-216.

Автор:
 

Новые публикации на Синологии.Ру

История основных историко-культурных зон Восточной Азии в Х–I тыс. до н.э. в первом томе «Истории Китая»: подходы и концепции
О статье Е.Ф. Баялиевой «Правовые аспекты обращения бумажных денег в юаньском Китае»
Частотный иероглифический словарь классических китайских текстов и его использование в тематическом и жанровом анализе
Дневники В.М. Алексеева в «Синологической картотеке» учёного
История перевода Нового Завета на китайский язык свт. Гурием Карповым


© Copyright 2009-2018. Использование материалов по согласованию с администрацией сайта.