Синология.Ру

Синология.Ру

Тематический раздел


Аттире

Jean-Denis Attiret, Жан-ДениАттире, кит. имя Ван Чжи-чэн. 31.07.1702, Доле, Франция, — 08.12.1768, Пекин. Франц. миссионер-иезуит, в 1739–1768 служил при дворе имп. Гао-цзуна (Цянь-лун, прав. 1736–1795).
 
Родившись в семье профессионального художника, «между кистью и палитрой», по образному выражению др. иезуита – Ж.-Ж. М. Амио (Jean-Joseph Mari Amiot, кит. имя Цянь Дэ-мин,1718–1793), Аттире рано обнаружил незаурядное живописное дарование. В роли его первого учителя выступил отец, затем последовало профессиональное обучение живописи в Риме, вступление Аттире в орден иезуитов в Авиньоне (1735). В 1737 мастер, в ответ на просьбу пекинской миссии, был послан в Китай для работы придворным художником. Прибыв в 1738 в Макао, в февр.-марте 1739 Аттире достиг Пекина, где поступил на службу, разделив ее с Дж. Кастильоне (Giuseppe Castiglione, кит. имя Лан Ши-нин, 1688–1766) и др. придворными художниками-миссионерами (см. Жуигуань). Аттире писал для Цянь-луна картины на религ. сюжеты («Поклонение волхвов», «Св. Августин», «Св. Михаил», «Св. Игнатий Лойола»), пейзажи (серию «Времена года») и жанровые сцены (картина «Дама за туалетом», погибшая во время пожара во дворце Юаньминъюань), но больше всего прославился как портретист. В период работы в Китае создал более 200 портретов маслом (ю-хуа), изображая людей разных национальностей и социального положения, в т.ч. аристократов и императора. В этой портретной галерее представлены и написанные (1754) по заказу Цянь-луна образы его новых подданных — ойратского хана Амурсана и др. князей, ставших вассалами богдыхана в результате успешных действий кит. армии в Вост. Туркестане. Эти победы имели принципиальное значение, т.к. их результатом стали значительные территориальные приобретения в Синьцзяне и рост междунар. авторитета империи Цин. Монг. князья, по требованию Цянь-луна, позировали Аттире для серии подготовительных набросков, хотя, по воспоминаниям очевидцев, испытывали явный дискомфорт. Со стороны Цянь-луна это была изощренная уловка, к-рая помогала фотографически точно запечатлеть важный для него ист. момент и тем самым морально подавить новых подданных, поставив их в необычную ситуацию позирования придворному художнику, к-рый к тому же был европейцем на службе богдыхана.
 
История создания портретов помогает понять, в каком положении находились в Пекине Аттире и др. миссионеры. Не только заказ, но также сам эстетич. выбор и последнее слово в их работе оставались за императором, к-рый, просматривая эскизы, выдвигал требования, не подлежащие обсуждению. Не менее жестким был диктат профессионального достоинства: чтобы быть понятыми кит. зрителями, добиваться успеха при исполнении заказов в разных жанрах живописи, а не только в портрете, к к-рому Аттире и нек-рые др. художники-европейцы имели личную склонность, следовало меняться, творчески использовать кит. живописную традицию и создавать новую эстетику на границе собств. профессионализма и августейших ожиданий. Кит. живописная традиция имела свои «слабости», проявившиеся, в частности, в изображении человеческих фигур, что объяснимо, в связи с отсутствием достаточного опыта передачи обнаженной натуры, к-рым, начиная с эпохи античности, располагала европ. живопись. Находившийся одновременно с Аттире в Пекине Ж.-Ж. М. Амио был свидетелем того, как китайцы «учились у брата Аттире не преуменьшать фигуры людей в высоту, а с большой точностью передавать их в своих пропорциональных соотношениях… Брат Аттире, напротив, учился у кит. живописцев выразительной простоте каждого пейзажа, перенимая удивительное многообразие, грацию и шарм естественности, к-рая создавала вещи, пленявшие все взгляды». По мнению кит. знатоков живописи, их искусство было более «объективным», чем западное, в к-ром многое основывалось на иллюзионистических эффектах и авторском «произволе». Вместе с тем, отмечаемый китайцами «старательный реализм» европ. художников, писавших маслом, хотя и не имел в их глазах отношения к подлинному искусству, свидетельствовал о хорошем владении живописным ремеслом. Поэтому представители традиц. школы всерьез опасались, что столь необычное сочетание реализма с безупречной манерой письма художников-иезуитов может понравиться императору. Цянь-лун и в самом деле высоко оценил стиль придворных европ. живописцев, но внес в него свои коррективы. Имея определенные привязанности в искусстве, император предпочитал водяные краски маслу и не понимал достоинств контрастной моделировки — тени казались ему черными пятнами на картине. Поэтому светотень в живописи Аттире и Кастильоне была лишь слегка намечена. Цянь-лун придавал большое значение «объективной» точности в отражении деталей облика персонажа (если речь шла о портрете — достоверности в рисунке прически, растительности на лице, элементов костюма), а также скрупулезной передаче природного окружения (цветов и листьев растений, перьев птиц и волосяного покрова у животных). Стремление учесть эти требования порождало отточенную графическую манеру письма и нек-рую разреженность композиций, свойственную обоим мастерам. Ориентация на технику традиционной кит. живописи обеспечивала равноправие графического и живописного начал, превращая и масляные краски в подобие водяных, с их легкими и прозрачными тонами.
 
Ж.-Д. Аттире вместе с др. художниками-миссионерами — Дж. Кастильоне, И. Зихельбартом (Ignatius Sichelbarth, 1708–1780, Сикельпарт, Сишельбарт, Штикельпарт, кит. имя И Ци-мэн) и Ж.-Д. Салюсти (Jean-Damascénus Sallusti/Salusti, 1765–1781, Домаскен, кит. имя Ань Дэ-и) участвовал в подготовке эскизов для отпечатанной в Париже серии из 16 гравюр на меди / офортов (тунбань-хуа) по ранее созданным этими же мастерами живописным картинам со сценами победоносных сражений армий Цянь-луна в Вост. Туркестане (1755–1760).
 
Литература:
Китайское экспортное искусство из собрания Эрмитажа. Конец XVI — XIX в.: Каталог выставки. СПб., 2003; Пчелин Н.Г. Миссия иезуитского ордена в Китае (1579–1842). Автореф. канд. дис. СПб., 1999; Collected Works of Giuseppe Castiglione. Taipei, 1983; Curtis E. Cristian motifs in chinese snuffbottles // Arts of Asia. January–February 1982; Gernet J. Gott und Caesar // Europa und die Kaiser von China. Fr./M., 1985; Loehr G. Missionary Artists at the Manchu Court // Transactions of the Oriental Ceramic Society. 1962–1963, vol. 34; Müller-Hofstede C., Walravens H. Paris-Peking: Kupferstiche für Keiser Qianlong // Europa und die Kaiser von China. Fr./M., 1985; Veit V. Jean-Denis Attiret: Ein Jesuitenmaler am Hofe Qianlongs // Ibid.
 
Ст. опубл.: Духовнаякультура Китая: энциклопедия: в 5 т. / гл. ред. М.Л. Титаренко; Ин-т Дальнего Востока. — М.: Вост. лит., 2006–. Т. 6 (дополнительный). Искусство / ред. М.Л. Титаренко и др. — 2010. — 1031 с. С. 512-513.

Автор:
 
© Copyright 2009-2019. Использование материалов по согласованию с администрацией сайта.